Утомленное солнце

– Что делать с ним будем? Тут какая-то ошибка, если с ним что случится, нас потом по головке не погладят…

– Какая ошибка, Сергей Петрович? – криво усмехнулся лейтенант. – У нас не ошибаются. И ничего так просто не делается. Если он сюда попал, значит, так надо… А потом приказ «ноль шесть восемьдесят пять» за подписью товарища Сталина. Летчиков-истребителей, уклоняющихся от боя с воздушным противником, предавать суду и переводить в штрафные части в пехоту. В пехоту! Вот он в пехоту и попал…

– Я от боя с противником не уклонялся, – мрачно изрек Артем.

– А кто говорит, что вы уклонялись от боя? – усмехнулся особист. – Как раз наоборот. С командиром своим в бой вступили… Только учтите, с нами этот номер не пройдет. У нас за это расстрел на месте, без суда и следствия…

Лейтенант поднял с пола полено, бросил его в пылающую топку.

– Все-таки летчик. Герой… Нам сейчас без летчиков никак, – сказал капитан.

– Летчик – это хорошо, – благодушно улыбнулся особист. – Транспортники сбивал?

Артем уже смирился с мыслью, что здесь он никто и зовут его никак. И «тыкать» ему будут на каждом шагу. Подполковником он был в прошлой жизни. Здесь – штрафная пыль.

– Четырех сбил.

– Может, и нашего сбил…

– Какого нашего? – не понял Артем.

– А который над нами пролетал…

– Это дней десять назад случилось, – пояснил политрук. – Мы тогда в наступлении были. А над нами воздушный бой… В общем, транспортник прямо к нам упал…

– Консервы, шоколад, печенье… Но уже ничего нет, – грустно усмехнулся капитан. – Одни мыши в амбаре остались… И амбара тоже нет… В общем, Гудимов, ситуация такая, есть нечего. Придется терпеть… На днях приказ будет, в наступление пойдем. Тогда и накормим…

Артем скривил губы в горькой насмешке. В наступление нужно ходить с пустым желудком, чтобы не загнуться, если вдруг пуля в живот попадет. Здесь что, этого не понимают? Или кормежка такая, что желудок не наполнишь…"

"– Да ты не бойся, – усмехнулся особист. – Накормят хорошо. А пока до передовой дотопаем, все утрясется… Ты, я знаю, привык хорошо кушать. Летчики у нас элита, сытно кушают, сладко спят…

– Хорошо горят, – добавил Артем.

– Да ладно тебе, хорошо горят. У нас тут горят похлеще… Сергей Петрович, сколько там у нас в последнем бою сгинуло?

– По спискам сто девяносто шесть человек было. В строю сорок четыре осталось…

– Ну вот, а ты говоришь, летчики хорошо горят. Здесь тоже сгореть можно. Даже пикнуть не успеешь… В какой взвод его отправим?

– Да пусть в первый идет, какая разница?

Ему пришлось еще полчаса торчать на морозе, прежде чем штрафников забрал прибывший за ними командир взвода. Это был разжалованный старшина, такой же осужденный, как и Артем.

– Кормежки нема, сразу говорю! – с ходу предупредил он. – Не баловать, не горлопанить.