Утоли мои печали

Когда же начали работать над самим проектом, то пришлось привлекать массу специалистов – экологов и биологов, и агрономов, и даже историков и этнографов. Последних потому, что заказчик захотел выстроить дом в одном из поселков недалеко от Байкала.

Кстати, интересный факт: во время разработки проекта выяснилось, что существует самая оптимальная и эргономичная форма строений для сохранения тепла зимой и прохлады летом, мало того, как утверждают этнографы, в таких строениях лучше всего курсирует свободная энергия, что дает колоссальную подпитку людям, живущим в них, и сохраняет здоровье. Именно такого рода строения возводили древнерусские славяне на территории России. Вот так!

За два года, что шла подготовка, проектирование, само строительство и монтаж дома, Вершинин сделал несколько открытий для себя, а по ходу, и для науки. Изобрел уникальные детали и механизмы, которые смог запатентовать, получил массу интереснейших новых специфичных знаний в различных областях.

Ему нравилось! Ему необычайно нравилось то, что они делали, и то, что у них получилось – действительно дом полностью замкнутого цикла, совершенно экологически безупречный – ничего, кроме почвы для грядок и воды из скважины, не было взято у природы, мусор вообще отсутствует не только физически, но и как таковое понятие.

Классно! Просто классно получилось!

А еще их объединение, включающее в себя всех специалистов, участвовавших в проекте, получило заказы на два аналогичных дома, но с большей площадью – один в этом же поселке, а другой на Алтае.

Оно, конечно, интересно, но… снова что-то… есть такое украинское понятие: «тремтит», вот у него что-то и тремтит внутри, не давая покоя, и зовет куда-то дальше, нашептывая, что в этой области он уже сделал все основное, теперь возможны только улучшения и небольшие технические модернизации того уникального оборудования, что он разработал. А это уже работа для специалиста не столь высокой квалификации и уровня, как его, справится и просто толковый инженер.

И куда теперь? Снова мотаться по стране и новым проектам? А что-то не тянет особо. Тогда что?

Было у Вершинина несколько идей, но пока так, наметками и размышлениями…

А тут у Глафиры Сергеевны надвигался юбилей – девяносто лет!

Одно слово «юбилей» наводило Григория на тяжелые ассоциации, болью отдавалось где-то под сердцем и начинало мелкой жилкой стучать в виске, но бабушка – это святое!

И, странное дело, Вершинин однажды неожиданно почувствовал, что каким-то мистическим образом избавился от того гнетущего и болезненного чувства, что каждый раз вызывало в нем одно упоминание об усадьбе, словно не пуская его туда и выталкивая.