Завещание рождественской утки

Репортер сказал: «Наверное, я смогу помочь вам, у меня медицинское образование. Встаньте на минутку». Не знаю почему, но я послушалась. Получила удар по спине и… боль исчезла. Мы потом очень долго говорили. Журналист хотел получить адреса наших воспитанников, тех, кто хорошо устроен в жизни. Щаповой, например, она певица, звезда. Но я, естественно, никаких сведений ему не дала, это запрещено. Короче, вам нужен хороший костоправ.

– Они почти все ударами лечат, – поморщилась Хотенко. – Весьма неприятная процедура, лучше таблетки попить, сходить к невропатологу.

Выйдя из интерната, я, погруженная в свои мысли, подошла к машине, хотела сесть за руль и взвизгнула: за баранкой сидел огромный негр.

Увидев меня, африканец заулыбался и, кряхтя, выбрался наружу. Я перевела дух. Совсем забыла про Жоржа!

Он услужливо распахнул пассажирскую дверцу, я опустилась в кресло, пристегнулась ремнем и попросила:

– В издательство, пожалуйста. Только без сирены и медленно!

Малолитражка вздрогнула, чуть откатилась назад, подпрыгнула и понеслась по проспекту. Я достала телефон и позвонила Тонечке:

– Как дела? Поговорила с Георгием Петровичем?

– Нет, – грустно ответила она. – Мишкин в больнице с сердечным приступом. Узнал о смерти Веры, вот здоровье и подвело.

– Жаль его, – вздохнула я, – надеюсь, он поправится. Попробую разузнать хоть что-нибудь о Филипповой у ее коллег. Есть соображения, почему преступник убивает всех пятнадцатого декабря?

– Ни одного, – мрачно протянула Тоня.

– У меня тоже, – призналась я. – Полный туман. Ладно, попытайся отыскать Ульяну Федоровну, няню, работавшую в доме Расторгуева. Сейчас перескажу вкратце, что узнала в детском доме.

Узнав суть дела, Антонина растерялась.

– Ну и как ее найти? Ничего, кроме имени, о ней неизвестно. Перебирать всех Ульян? Может, она не зарегистрирована в Москве. Или вообще умерла. Позвони Николаю, ну, тому, что прикидывался сыном Андрея Борисовича, вероятно, он что-нибудь о ней слышал. Нам хотя бы ее фамилию узнать!

– Похоже, и домработницу Зою, встречавшуюся с Лидией Максимовной, мы не найдем, тоже известно только имя, – пробормотала я. – Ладно, сейчас позвоню Коле, вдруг он поможет…

Николай никогда не слышал от Андрея Борисовича об Ульяне и Зое, артист не рассказывал ему о прислуге. Не упоминал он и о том, что Ника пыталась утопить младенца. Лишь незадолго до смерти Расторгуев внезапно попросил сына найти ее, потому что хотел попросить у нее прощения. За что? И на этот вопрос собеседник ответа не дал.