Следствием установлено

Низенький, тщедушный, с широкой и плоской грудью, он, оправдывая свою воровскую кличку, и впрямь походил на клопа увеличенных размеров с непропорционально большой головой. Зачесанные назад давно немытые волосы доходили чуть ли не до плеч. С первой минуты допроса Мохов повел себя бывалым уголовником. На анкетные вопросы отвечал быстро, ничуть не смущаясь, глядя Антону в глаза.

Было похоже, что он подготовил хитрый ход, и допрос следовало вести осторожно. Нужен был какой-то необычный вопрос, чтобы спутать план Мохова, какая-то неожиданность. Закончив анкетную часть, Антон незаметно включил магнитофон и спросил:

– Закурить у вас не найдется? Мохов опешил, но тут же нашелся:

– Угостил бы, начальничек, только в кэпэзэ все изъяли. Сам знаешь здешние порядки – чуть початая пачка «Северной Пальмиры» уплыла.

Антон сделал вид, что действительно ищет курево. Запустил руку в один карман, в другой и огорченно сказал:

– Я «Северную Пальмиру» не курю. К ростовской «Нашей марке» привык.

Физиономия Мохова совсем расплылась в улыбке:

– Денька на три раньше, угостил бы и «Нашей марочкой». Шикарные сигаретки, хоть и не Ленинградская фабрика выпущает.

Сердце Антона застучало, будто у заядлого рыболова-любителя, долго сидевшего над неподвижным поплавком и вдруг увидевшего резкую поклевку. Произошло то, что часто называют везением, – Мохов «клюнул», как говорят, с ходу. Сейчас надо было дать ему возможность поглубже заглотить «крючок».

Антон, как будто уличая Мохова в неискренности, недоверчиво покосился:

– Серьезно? Мохов осклабился:

– Крест во все пузо.

– Я не про то, что у вас была «Наша марка», – опять схитрил Антон. – Я про то, что хорошие сигареты, хотя и ростовские. Других курильщиков угощаю – плюются. Говорят, дрянь по сравнению с ленинградскими или московскими.

– Не понимают сявки. Сигаретки – люкс! На них же даже значок с качеством нарисован. Знакомый у меня есть. Ба-а-ашка человек, толк в куреве знает и кроме «Нашей марочки» ростовской ничего не признает,

– Вы через него и достаете «Нашу марку»?

– Не, в магазине беру.

Антон расхохотался как только мог. От смеха даже грудью на стол навалился.

– Ты чего, начальник? – удивился Мохов.

– Уши развесил, слушаю тебя. А ты, оказывается, сочинитель. «В магазине беру». Вот даешь! В Новосибирской области днем с огнем этих сигарет не сыщешь. Мне их из Москвы присылают или из Томска. Специально об этом ребят знакомых прошу.

– Так уж и специально… так уж и из Москвы… – неуверенно проговорил Мохов. – Слово даю, курил «Нашу марку»!

– И в магазине покупал?

– Не. Стрельнул полпачки у одного чувака.

– У знакомого?

На какую-то секунду замешкался Мохов, чуть-чуть у него что-то не сорвалось с языка, но он вовремя спохватился, покрутил косматой головой и быстро ответил:

– Не.