Особое условие

– Я приду. Благодарю за приглашение, – быстро произнесла в ответ, и кто бы знал, чего мне стоило выдавить из себя слова благодарности. Непроизвольно сжала кулаки, и шелест бумаги в руке напомнил мне еще об одном деле. – Можно обратиться с просьбой? Это не ждет до вечера.

– Слушаю вас.

Настроение у Зейда испортилось, и я не знала, будет ли толк, но и вернуться с пустыми руками не могла.

– Помните слепого старика с мальчишкой, которые выступали на нашем постоялом дворе? Его внука арестовали вместе с попрошайками, и он не знает, где его искать.

– Все дети распределены по школам. Сейчас проведут их перепись, и можно будет узнать, где он.

– Мне это его деду и сказать? Он же с ума сходит от беспокойства. Слепой! Куда он пойдет узнавать?

– Да что за них беспокоиться? – как-то устало произнес Зейд, и мне вдруг подумалось, что у него эти дни выдались напряженными. – Их накормят, оденут, дадут возможность учиться. Покажут, что есть и другая жизнь. После ярмарки дадут выбор: или остаться и продолжить обучение, или покинуть город без права возвращения.

– Айдан взяла старика на постоянную работу – развлекать гостей на постоялом дворе. Вот, – я протянула договор. – Они не попрошайки. Мальчик сможет вернуться к деду?

Зейд взял бумагу и быстро пробежал глазами, после чего окинул меня раздраженным взглядом. Кажется, он не сомневался, кто подсуетился и чья это была идея.

– Пусть сам решает. После ярмарки.

– А мой помощник Сирил?

– Вечером, – отрезал Зейд. Кажется, я полностью исчерпала его лимит терпения.

Надо ли говорить, что Рорк проснулся не в самом лучшем настроении? Хорошо, я еще успела перехватить его и осторожно прижала к себе, а он все порывался разобраться с целителем. Не сумел – и мстительно цапнул меня за палец. Не до крови, но чувствительно. Акиф к тому времени ушел быстрым шагом, велев двум стражникам «довести благородную айну до самого паланкина и убедиться, что она уехала». Абан же вежливо распрощался и поспешил отойти подальше от Рорка. Тот, хоть уже смирился с тем, что клюнуть целителя ему не дадут, тем не менее тихо клекотал что-то себе под нос. Но хотя бы его не приходилось больше сдерживать, он смирно сидел на руке.

– Что ты нервничаешь! – тихо говорила я ему, пока мы шли светлыми, просторными коридорами и залами в сторону выхода. – Тебя вылечили, смотри, крыло как новенькое.

В ответ получила мрачный взгляд и гордый поворот головы в другую сторону. Ясно, целителя порвать не дали, значит, будет отыгрываться на мне. С утра можно ждать в постели «подарочек» в виде половины мышки или кишки птицы."

"Вот теперь проходившие мимо и стоявшие кучками придворные глазели на меня весьма открыто. Кроме разве стражи.