Мертвое ущелье

Так же хорошо сидела на Ирине и наша красноармейская форма, все ей к лицу.

И она тоже незаметно разглядывала старшего сержанта. И уже не впервые отмечала, что какую бы форму он ни надел, на нем она как с чужого плеча. Куртка ему всегда мала, сидит в обтяжку, хотя это неудобно. А может, ему так нравится? И каждый раз девушка как бы чувствовала, что одежда для Игната — просто необходимость, на которую он не обращает внимания, но без которой не обойтись. В своем воображении она не раз представляла его в звериных шкурах, в пещере с его другом Хромым, о чем он ей как-то рассказывал, и постепенно Ирина начинала понимать, чувствовать, что именно там, в далекой северной тайге, его родной дом, что сама тайга стала с некоторых пор его домом. И тогда становилось понятным, что он, старший сержант Углов, знаменитый разведчик, здесь, на войне, и в этой или другой военной форме, человек временный. Что его ждет его родная стихия, его тайга. И потому военная форма не кажется на нем естественной и ладно сидящей, потому что она временная. Постоянное для него — дикий лес и волк Хромой, который помнит и ждет этого удивительного человека-волка.

Ирина смотрела на старшего сержанта с восхищением, она думала о его необычной судьбе, о его далекой и родной ему тайге, и ей почему-то становилось от этих мыслей грустно.

Внезапно она вздрогнула от гула грузовика, хотя все время ждала этого гула. Посмотрела на Игната и по его лицу поняла, что он уже давно слышит этот шум.

— По местам! — Голос разведчика был негромок и чуть хрипловат.

21. ДУЭЛЬ

Они сидели в креслах наводчиков, через коллема-торы рассматривая серую ленту дороги. В несколько секунд пушка была наведена на поворот, закрытый старыми елями, из-за которого дорога выходила на открытое для стрельбы место.

Из-за деревьев медленно выполз крытый тяжелый грузовик, вытягивая на буксире длинноствольную пушку.

— Первый грузовик!

— Понятно,— ответила Ирина.

Разведчики, приникнув к коллематорам, вращали штурвалы наводки так, чтобы машина все время была на прицеле.

— Готова?

— Да!

— Стреляю! — и он нажал спусковой рычаг. Лихорадочно задергался ствол орудия: «та-та-та-та-

та» и смолк. Все пять снарядов ударили в автомашину. Игнат видел, как разнесло кузов, как разбросало солдат, сидевших в кузове. Грузовик горел."

"В несколько секунд разведчик вставил новую кассету и, взглянув в прицел, увидел, как из-за поворота выехал второй грузовик и остановился. Вокруг орудия, прицепленного к первому, уже горящему грузовику, забегали солдаты, отцепляя и быстро разворачивая орудие в сторону разведчиков.

— По пушке, видишь?

— Да!

— Ты готова?

— Да! Стреляй!

Она работала, как настоящий наводчик,

Следующей очередью Игнат уничтожил орудие.