Усадьба толстушки Астрид

— Ух, как погода разыгралась!

— Что случилось? — спросил Фарли, глядя на нас с подозрением."

"— Ничего, ничего. Знаешь ли ты эту девушку? — жрец указал на меня. — Это Астрид Лорье, ее семье принадлежала раньше твоя усадьба.

— И?

— Астрид хочет выкупить вещи, принадлежащие ее бабушке.

— Я сжег весь хлам.

— Как же так, — укоризненно протянул Кэолан.

— Раньше надо было думать о вещах.

— Неужели вы сожгли абсолютно все? — уточнила я.

— Что не сжег, вывезли до меня.

— В доме есть тайник, где бабушка хранила свои дневники. Позволите войти и забрать их? Я заплачу.

— Нет, — отрезал Фарли.

— В светлый тин богини Миры следует быть мягче и помогать людям, — напомнила я.

— Плевал я на богов, — усмехнулся Фарли, когда лицо Кэолана вытянулось. — Это все? Тогда проваливайте. И не суйтесь больше на мою землю.

— Это не твоя земля и не твой лес, чужак, — процедил Дермид.

— Что ты сказал? — прищурился Фарли.

Кэолан поспешил замять назревающий конфликт, и мы уехали несолоно хлебавши… вроде как. На самом деле я лично своей цели добилась и услышала, что хотела. Зная, что скоро прибудет почтовый дилижанс, я тем же вечером написала письмо – и не абы кому, а самому отцу-настоятелю Бенедикту Кивернесскому. Он сам, в конце концов, упомянул еще тогда, в храме, когда я с Тейгом разводилась, что по прибытии в Тулах хорошо бы мне отправить ему весточку, что я добралась и устроилась благополучно.

Ну, что ж, вот и пришла пора отправить весточку.

***

В письме я еще раз поблагодарила отца Бенедикта за его заступничество при разводе и написала, что очень рада снова жить в родной деревне. Люди здесь по-прежнему трудолюбивые и благонравные, но в последнее время живется им тяжело. Все из-за рэнда Фарли, который запрещает им заходить в лес, а сам постоянно вывозит оттуда дичь и сбывает где-то. В отсутствие барона – пусть пошлет ему богиня Мира здоровья! – Фарли ведет себя как хозяин, чуть что угрожает спустить собак и даже деревенского жреца Кэолана ни во что не ставит, богохульничает при нем.

В общем, это было совершенно заурядное письмо о том, как мне живется в деревне, но при этом с жирным намеком на подозрительного богохульника Фарли. Я знала, что отец Бенедикт прочитает письмо, хотя бы потому, что я не просто Астрид, а разведенная Астрид, чьим разводом интересовался сам каэр Фэйднесс. Но вот ответит ли на него? Сделает ли что-то?

Я так и не узнала, решило ли что-то мое письмо, или дальнейшие события произошли сами собой, но вскоре в деревню пожаловали гости. Точнее, не в саму деревню, а к рэнду Фарли. Гостям он не обрадовался, в дом пускать не пожелал, рычал, как собака – по крайней мере, так говорят мальчишки, которые наблюдали за всем этим неподалеку.