Усадьба ожившего мрака

Впрочем, все внимание присутствующих было приковано к стоящей у фортепьяно Стелле и аккомпанирующему ей фон Клейсту. Упырь играл прочувствованно, закрыв глаза, полностью отдаваясь музыке. А Стелла видела все. Власа она тоже заметила. Заметила, но на появление его отреагировала лишь слегка вскинутой бровью. Невероятная женщина! Невероятная, и удивительно красивая!

Влас замер у двери, совершенно забыв, зачем он вообще явился в музыкальную гостиную. Пришел в себя, лишь от легкого толчка в бок. Толстый фриц в круглых, запотевших очочках желал шампанского для себя и своей дамы. Пока Влас подносил шампанское, Стелла закончила свое выступление. На мгновение в гостиной повисла тишина, а потом гости принялись громко аплодировать. Фон Клейст встал из-за инструмента, церемонно поклонился присутствующим, подошел к Стелле, приник долгим поцелуем к ее руке. У Власа остановилось сердце. И от этого поцелуя, и от того алчного взгляда, каким упырь посмотрел на Стеллу. И даже не хотелось думать, какого рода была эта алчность. Хотелось срочно вернуться в кладовку за оставленной там тростью. Неизвестно, как бы он поступил, если бы Стелла не посмотрела на него поверх макушки фон Клейста. Посмотрела, улыбнулась успокаивающе. Мол, не волнуйтесь, Вацлав Мцеславович, все под контролем, все идет по плану. Я делаю свое дело, а ты делай свое. Дело! Как он мог забыть, что у них есть дело и есть план?!

А гости уже повскакивали со своих мест, продолжая аплодировать, они окружали Стеллу и фон Клейста плотным кольцом, они восторгались и подобострастничали. Нет, не перед какой-то русской певичкой, временной фавориткой. Они подобострастничали перед фон Клейстом, словно чувствовали его нечеловеческую суть и были не в силах противостоять его упыриному обаянию. К Стелле протиснулся Штольц, обнял за талию, по-хозяйски поцеловал в обнаженное плечо. Влас помимо воли скрежетнул зубами, снова захотелось сбегать за тростью. Впрочем, Штольца он был готов придушить и голыми руками. Ничего, когда-нибудь. Возможно, очень скоро. А пока в музыкальную гостиную вошел солдат, что-то тихо сказал Штольцу. Тот кивнул, улыбнулся Стелле и вышел вслед за солдатом. Стелла тут же отыскала Власа взглядом, взмахнула рукой, подзывая. На его подносе оставался последний бокал шампанского.

– Интересные перемены во внешности, – шепнула Стелла, забирая бокал с подноса.

– Ты как? – Он не смотрел в ее сторону, стоял с каменным лицом.

– Со мной все будет хорошо. В часовне что-то намечается. Штольц ушел туда. Думаю, Григорий уже там. – Она взмахнула ресницами, пригубила шампанское.

– Тогда и я тоже, – прошептал Влас.

– Береги себя. – Она уже повернулась к нему спиной. И это «береги себя» он скорее почувствовал, чем услышал.

– Ты тоже, – сказал он в пустоту.