Усадьба госпожи Ленбрау

Стройка заняла почти три месяца. С первыми дождями покрыли крышу. А когда лёг снег, мы с Иданом переехали. Хотя полностью была готова и меблирована лишь наша спальня да ещё кухня, где поначалу разместились Вельга со своим братом.

Я специально ждала этого важного дня, чтобы сообщить мужу ещё одну счастливую новость – нашу семью ждало пополнение.

Пепелище старого дома перепахали, привезли свежей земли и устроили на этом месте большую клумбу, чтобы барышне, как упорно продолжают меня звать и по сей день, было где собирать цветы для украшения своих сумочек.

Да, я всё ещё продолжаю их шить, несмотря на то, что Лана Бенер и Рамисса давно выпустили свои линейки сумочек и аксессуаров с цветочными украшениями. Правда, я уже не продаю свои работы, в этом нет необходимости. Однако каждый раз, как речь заходит о подарке, у меня просят сделать мою чудесную сумочку. И я никогда не отказываю.

Магия ко мне так и не вернулась, но я не унываю. Общество ещё не готово к тому, чтобы принять одарённых людей. Но, возможно, наши внуки или даже правнуки увидят те дни, когда маги станут полноправными членами общества.

За десять лет, что мы живём в новом доме, как его продолжают до сих пор называть, случилось много всего.

Все наши люди получили вольные грамоты.

Иста категорически отказывалась, умоляя оставить её в усадьбе. Мне с трудом удалось убедить старую няньку, что я не собираюсь никого выгонять на улицу. А пару дней спустя я обнаружила в камине обгоревшие кусочки её документа.

Каждому я предложила выбор: остаться с нами или покинуть Любово. Ушло лишь двое мужчин из бессемейных, все остальные предпочли заключить с нами договор и стали вольнонаёмными работниками, получающими заработную плату.

Зван напомнил о моём обещании и попросил отпустить его учиться в столицу. Юноша решил стать врачом, как доктор Ленбрау, и помогать людям. Разумеется, я отпустила его и оплатила обучение в университете. А Вельге, которая решила ехать вместе с возлюбленным, – Высшие женские курсы.

Перед отъездом Зван и Вельга поженились. Потька украдкой плакал, провожая сестру, но уезжать из Любово категорически отказался, потому что здесь теперь его настоящий дом. Зато он обратился за помощью к Ерине и начал срочно изучать грамоту, чтобы отвечать на письма сестры.

А вот Бабура долго ерепенилась, как она сама когда-то говорила обо мне, и отказывала Годину. Якобы она уже не в том возрасте, чтобы замуж ходить. При этом они продолжали тайком встречаться, но об этой тайне знала вся усадьба.

В конце концов, Годин не выдержал и обратился ко мне за помощью. Я долго думала, как могу повлиять на гордую и упрямую женщину, и вспомнила о Поречье.

Два года я не была там и не знала, что происходит в имении.