Усадьба госпожи Ленбрау

Или потому что ты лишилась магии, и твоему организму потребовалось время, чтобы перестроиться и научиться жить без этого источника силы.

– То есть… я больше никогда…

– Мне жаль, любимая, но так будет лучше для всех нас, по крайней мере, безопаснее.

Идан был прав, как всегда. И всё же мне хотелось плакать. Я осознала, что это ощущение пустоты в груди теперь со мной навсегда.

На следующий день я настояла на том, чтобы выйти из флигеля. Идан отсутствовал, а с Истой и Бабурой мне удалось справиться. Слабость понемногу отступала. Я уже могла передвигаться без посторонней помощи, пусть пока и медленно.

Мне хотелось не просто вырваться из опостылевшей комнаты и вдохнуть свежего воздуха. Я хотела увидеть свой дом. То, что от него осталось…

Сердце прожгло болью, будто в него вонзилась раскалённая спица.

Передо мной лежало чёрное пепелище. С краю одиноко высился остов кухонной печи, оказавшейся прочнее остальных. Смотрели в хмурое небо чёрные, обугленные обломки потолочных балок.

– Вчерась токмо дымить перестало, – пояснила Иста, вставая рядом и покрывая шалью мои озябшие плечи.

– Думали, разобрать успеем, пока вы не поднялись. Тревожить не хотели. Да куда там, пожар был страшной силы, – Бабура встала с другой стороны.

Обе женщины поддерживали меня своей заботой и сочувствием. Но я всё равно почувствовала, как щёки становятся мокрыми и от слёз.

– Хочу подойти поближе, – решила я. Лучше отрывать сразу и резко, не стоит растягивать на несколько дней.

Уговаривали помощницы с обеих сторон. Мои наперсницы слишком сильно за меня переживали. Напрасно, я сильная.

– Сейчас, – упрямо произнесла я.

– Эй! Есть тут кто?! Где хозяйка?! – перебил меня мужской голос.

Мы втроём обернулись. На усадьбу заезжал целый караван из тяжелогружёных телег. Впереди шёл бородатый мужик и громко звал хозяйку.

– Что это? – удивлённо спросила я.

– Не знаю, – хором ответили Бабура с Истой.

– Так идёмте, узнаем, – решила я и двинулась вперёд.

Иста пристроилась рядом. Сейчас я могла ходить лишь с комфортной для неё скоростью. А Бабура обогнала нас на десяток шагов и первой подошла к мужику. Они успели обменяться десятком-другим слов, прежде чем мы приковыляли.

– Доброго дня, госпожа, – опустил голову бородач. – Госпожа Лодина Вигери велела кланяться и поступить в ваше распоряжение, сколько будет нужно.

– Лодина Вигери? – вот уж не ожидала. – Как она узнала?

– Так ведьмака инквизиторы судили, а потом сожгли, как он усадьбу вашу. О том в городе все наслышаны. Всем миром материалы собрали, чтоб к холодам успеть. Это теперь таким мудрёным словом называют… – мужик почесал бороду, задумчиво глядя в пространство. – Благоделание? Нет, не то.

– Благотворительность? – снова удивилась я.

– Точно! – бородач обрадовался. – Она и есть.