Усадьба госпожи Ленбрау

Иста усиленно закивала, поддерживая.

Вариантов у меня было немного:

– Ну… часть здесь, в шкафу закрою, часть к папеньке в сейф положу…

– Сейф ни к чему не крепится, пара дюжих мужиков его утащить может. Тем более дома теперь только вы да Вельга с братцем ночуете.

Иста снова закивала. Я даже позавидовала её позиции. В важных обсуждениях она всегда участвовала, но мнение не высказывала, решений не принимала, а с принятыми – соглашалась.

К сожалению, в Холмах не было банка. Я бы с радостью оставила деньги там и получала проценты. А везти золото в столицу не видела смысла. Ехать далеко, охрана встанет дорого. Да в Любово столько ещё нуждается во вложениях.

– Ты можешь предложить что-то более надёжное? – я перевела взгляд на Бабуру.

– Есть одно местечко. Только снести туда надобно так, чтоб никто не видел. А там ужо и не догадаются ни за что.

– Что за место? – сейчас я буду рада любому варианту, который поможет сохранить золото.

В который раз я пожалела, что Идана нет рядом. Он бы наверняка подал хорошую идею.

– Погреб, – ответила Бабура.

Я, отвлёкшаяся на мысли о муже, не сразу поняла, о чём она.

– Золото в погребе можно спрятать, – терпеливо пояснила управляющая. – Там никто не найдёт, если знать не будет.

– Откуда такая уверенность? – у меня этот вариант вызвал сомнение.

Погреб был большим. В нём хранился весь собранный урожай, и туда часто заходили люди. Даже замок на двери не закрывали. Только в дужки вставляли и переворачивали, чтоб держался.

– Там сундук в углу стоит…

– Чёрный? – вдруг просияла Иста.

– Чёрный-чёрный, – кивнула Бабура и продолжила: – Заговорённый он, ещё в старые времена.

– Что значит заговорённый? – теперь уже вмешалась я.

– То и значит, – Бабура оглянулась и продолжила вполголоса: – Ведьмовской. В нём ничто не сыреет и не портится, хоть сто лет пролежит. Я там сахар господский храню издавна. Он когда сырой в такой твёрдый ком слипается, ничем не разобьёшь. Топором токмо колоть. А коли в сундуке – сахарная «голова» как новенькая. Будто утром привезённая. Я тогда и ножичком кусочков-то наколоть могу.

Это меня не убедило.

– А если кто-то откроет сундук? Увидит золото и заберёт. Нет, такой вариант не подходит, – я не собиралась подвергать своих людей соблазну и опасности.

– Не откроет, – заявила Бабура с хитрым видом, достала из кармана связку ключей и показала мне один. – Сундук может открыть токмо этот ключ и токмо в руках хозяйки или того, кому хозяйка его доверила.

– Не помню, чтобы доверяла его тебе.

Бабура с самого начала управляла усадьбой и ведала всем хозяйством. Я ограничилась беглым осмотром. Не стала даже проводить полную ревизию. Доверяла своим помощницам, потому что знала их с первой минуты появления в этом мире. А они знали мою тайну и молчали.