Уравнение с тремя неизвестными

Она с интересом наблюдала за тем, как на первом этаже муж заметался по комнате, потом схватил зачем-то стоящую в углу швабру и чуть ли не бегом помчался на второй этаж. Подскочив к Горелову, Дорошин пристроил рядом с ним швабру и снова скомандовал:

– Пошли со мной вниз. Лена, а ты не двигайся.

И что он такое увидел? Она терялась в догадках, но послушно замерла. Она потерпит, раз это нужно для дела. Дорошин и Горелов спустились на первый этаж и теперь оба застыли на том месте, где до этого остановился Виктор.

– Смотри, – показал он Вадиму. – Видишь?

Тот задрал голову, послушно оглядывая изгибающуюся по периметру комнаты эмпору, огораживающую ее балюстраду, застывшую в виде античного изваяния Лену и прислоненную к перилам швабру. Лицо его поначалу не отражало ничего, кроме внимательного недоумения, и вдруг изменилось, как до этого лицо Дорошина.

– Вижу, черт побери. Теперь вижу. Витя, ты – гений!

– Что там такое? – ревниво спросила Лена. Да она сейчас просто умрет от любопытства.

– Вадим, она заслуживает того, чтобы сделать наше открытие самостоятельно. Будь добр, смени мою жену на ее посту. А ты, Лена, уступи свое место Вадиму и иди ко мне.

Бизнесмен улыбнулся и послушно снова поднялся на второй этаж. Ничего не понимающая Лена уступила ему свое место, едва касаясь ступенек, легко сбежала к мужу, встала рядом с ним, задрала голову вверх.

– И что я должна увидеть?

Муж не отвечал, и она начала сама внимательно рассматривать открывающуюся ее глазам картину. Эмпора второго этажа с той стороны, где не было комнат, была достаточно широкой для того, чтобы на ней могли с удобством расположить небольшие диваны и уютные кресла со столиками между ними. С другой стороны она, наоборот, была совсем узкой, так, чтобы беспрепятственно расходились два человека. Это было и понятно, поскольку на ней располагались спаленки.

Вадим Горелов стоял на выходе из одной из них, а швабра – на выходе из второй. И эти выходы располагались не симметрично. От Горелова до окна во двор было примерно на метр дальше, чем от швабры до окна на другую сторону. Так могло быть только в том случае, если бы левая комната была больше правой. Но изнутри, и это знали все, кто там побывал, комнаты выглядели совершенно одинаковыми.

– Там потайное помещение, – выдохнула Лена. – Витя, ты ведь это хочешь сказать?

– Понял, какая у меня умная жена? – крикнул Дорошин Горелову. – Сама догадалась. Умница.

– Да я давно это понял. Практически сразу, как с вами познакомился, – в тон ему ответил Вадим и спустился вниз, встав рядом и снова задрав голову. – Надо же, отсюда тоже видно, что двери не посередине, но не так явно, как когда у них кто-то стоит. Тайник совсем небольшой, примерно пять-шесть квадратов, не больше.