Король уныния

Мне нужно было чем-то отвлечься от мыслей о Слоан, и вечный поиск генерального директора в Castillo Group, казалось, подходил для этого как нельзя лучше.

— Все в порядке. Совет директоров, вероятно, не примет окончательного решения до Нового года. Есть сильные разногласия по поводу того, кто из кандидатов лучше подходит на эту роль.

— Они должны выбрать тебя. — Я сказал это в шутку, потому что Эдуардо никогда не хотел быть генеральным директором, но чем больше я думал об этом, тем больше в этом было смысла. Его включили в список претендентов из вежливости, но почему бы им не выбрать его? Я видел другие имена; он с легкостью их обойдет. К тому же он не был засранцем, как девяносто процентов списка.

Он засмеялся.

— Ксавьер, ты же знаешь, что это всегда должно было быть временным соглашением. Моя жена убьет меня, если я возьмусь за это навсегда.

— Она может быть более открытой к этому, чем ты думаешь. — Жена Эдуардо была непреклонна, когда речь шла о семейном отдыхе, но она также была юристом. Она знала, как сбалансировать работу и личную жизнь, и я уверен, что Эдуардо тоже. — Ты заботишься о компании, у тебя есть знания о ней, и ты хорошо справляешься с работой. Ты помог моему отцу построить компанию такой, какая она есть сейчас. Какой кандидат со стороны сможет превзойти это?

На несколько секунд воцарилось молчание.

— Я не знаю. Это серьезное решение. Даже если я захочу, я не могу гарантировать, что совет директоров согласится на это.

— Просто подумай об этом. Наверняка совет не настаивает на этом, потому что думает, что ты этого не хочешь.

— Может быть. — Он вздохнул, в его голосе прозвучали грусть и разочарование. — Альберто как всегда ушел и оставил нас с этим бардаком, не так ли?

— Он всегда любил поиздеваться над людьми. — Я прислонился к колонне и уставился на стену старых сейфов напротив меня. Это зрелище вернуло меня в Колумбию: комната отца, письмо матери, запах старых книг и кожи во время оглашения завещания. — Знаешь, чего я не понимаю? Как и почему мой отец не заметил лазейку в своем завещании. Он не указал компанию, генеральным директором которой я должен стать, Эдуардо. Разве это похоже на Альберто Кастильо?

— Нет. По крайней мере, не на того Альберто Кастильо, которого я знал до его диагноза. Но приближающаяся смерть меняет людей, mijo. Она заставляет нас столкнуться с осознанием нашей смертности и переоценить то, что важно."

"Я фыркнул. Когда дело касалось моего отца, Эдуардо всегда любил все приукрашивать.

— Что ты хочешь сказать? Что когда он лежал на смертном одре, у него вдруг изменилось мнение?

— Я хочу сказать, что в последние дни болезни у него было много времени подумать. О прошлом, о своем наследии и, прежде всего, об отношениях с тобой.