Укротитель Медузы горгоны

Он мне поведал, что один раз, придя в театр к Вознесенскому, случайно увидел тебя и Берти, услышал ваш разговор, из которого ему стало понятно, что у режиссера близкие отношения с костюмершей. Иван терпеть не может сплетников, в особенности если это мужчины, и сам никогда не распространяет слухов. Он лишь удивился и вскоре забыл о том, что узнал про вас. А несколько лет назад…

И Розалия Марковна в подробностях пересказала тот случай.

– Наина Федоровна! Почему вы тут?

– У Альберта Сергеевича закончилось лекарство, – пояснила дама.

– Вам же только рецепт выписать, проходите, – предложила девушка в белом халате.

– Ну уж нет! – возмутился Иван Сергеевич. – Я два часа здесь кукую. Вы уже трех человек без очереди приняли, одни льготники вокруг. А у меня вечером спектакль!

– Ничего, я подожду, – смутилась женщина.

Медсестра укоризненно глянула на Клюева и исчезла в кабинете. А минут через пять динамик, висевший над дверью, прохрипел:

– Сначала пусть зайдут за рецептом для Альберта Сергеевича Вознесенского, а потом по очереди.

Женщина, сильно покраснев, юркнула в кабинет.

Клюев удивился. Рецепт для Альберта Сергеевича Вознесенского? Неужели Берти до сих пор жив? Нет, наверное, речь идет о полном его тезке. Но потом женщина снова вышла в коридор, и Иван понял, почему ее лицо, пусть и сильно постаревшее, показалось ему знакомым. Это была та самая костюмерша, чей разговор с Берти, сам того не желая, он случайно подслушал. А еще на руке старушки болтался очень приметный браслет, похожий на наручник. Золотой, явно дорогой, антикварный. При взгляде на него Клюев вспомнил, как когда-то его любовница Лидия, актриса театра Вознесенского, сетовала:

– Представляешь, у нашей костюмерши на корявой лапе роскошная ювелирка, настоящий восемнадцатый век. Я предлагала ей хорошую сумму за браслет, но она отказалась продать. Зачем деревенщине такая прелесть? Иван, поговори с идиоткой, авось тебе удастся убедить ее расстаться с украшением.

Клюев тогда предпринял попытку побеседовать с Наиной, но неудачную.

И вот недавно актер вошел вместе с Глаголевой в «Небеса» и узнал в вахтерше ту костюмершу. А потом сказал Розалии:

– Глазам своим не верю! Надо же, тетка еще жива. Хотя, может, лет ей не так уж и много. Я, кстати, прекрасно помню Вознесенского. Она жила с Берти и, судя по тому, что приходила в поликлинику за рецептом для него, ухаживала за режиссером. Неужели Альберт до сих пор на этом свете? Да нет, навряд ли. Интересно, где его знаменитые записи? Там, небось, полно планов спектаклей. Представляешь, Роза, какой это кладезь для любого постановщика? Все задумки Берти по сию пору современны и удивляют публику.