Укрощение любовью, или Уитни

Они пообедали вместе с матерью Пола, и, хотя сначала Уитни была полна самых дурных предчувствий относительно этого события, ее опасения не подтвердились и они прекрасно провели время.

Встав из-за стола, они направились через лужайку к опушке леса. Пол предложил Уитни сесть на качели, свисавшие с толстой ветки дуба.

– Почему вы и Уэстленд так опоздали на вчерашний пикник? – без обиняков спросил он внезапно.

Уитни вздрогнула, но тут же пожала плечами, стараясь принять безразлично-недоумевающий вид, хотя на самом деле сгорала от унижения.

– Мы взяли вороного жеребца, а он доставил нам кучу неприятностей.

– Простите, Уитни, но мне весьма трудно поверить в это. Я не раз ездил верхом с Уэстлендом – он не новичок там, где дело касается лошадей. И вчера он выглядел совершенно укрощенным и покорным.

– Кто именно? – шутливо осведомилась Уитни. – Опасный Перекресток или Уэстленд?

– Я говорил о поведении вороного, но теперь, когда вы упомянули об этом, предпочел бы узнать, как вел себя Уэстленд.

– Пол, ради Бога! – умоляюще охнула она. – Вы не хуже меня знаете, что некоторые лошади бывают совершенно непредсказуемыми и могут выбить из седла самых опытных всадников.

– Тогда, может, объясните мне, почему, если этот конь так чертовски неуправляем, вы решились скакать на нем наперегонки с Уэстлендом?

– Ах это… ну что же… он насмехался надо мной, и у меня не было другого выхода. – Сквозь опущенные ресницы Уитни украдкой взглянула на мрачное, полное сомнений лицо Пола. Учитывая обстоятельства, ей ничего не оставалось, как развеять его подозрения, выказав праведное негодование: – Пол… я не выношу этого человека, и не… не думаю, что с вашей стороны справедливо так меня мучить. Это нечестно и неприлично.

Пол неожиданно улыбнулся:

– В жизни не думал, что придет тот день, когда вы станете заботиться о приличиях. – И стянув ее с качелей, схватил в объятия. – Боже, как вы прекрасны…

Уитни затаила дыхание, снова и снова ошеломленно повторяя про себя: он собирается меня поцеловать!

Она так нервничала, что с трудом подавила истерический смешок, пока Пол медленно наклонял голову. Но при первом же прикосновении его теплых твердых губ все мысли куда-то улетучились.

Уитни пыталась удержать свои руки, но они против воли скользнули по его груди. Однако она по-прежнему опасалась отдаться поцелую, боясь, что Пола может каким-то образом оскорбить глубина ее чувств.

Но Пол не позволил ей оставаться безучастной. Он крепче сжал объятия, захватив ее в сладостный плен, прижав к мускулистой груди и завладев губами в легком нежном поцелуе, постепенно превратившемся в голодный и требовательный. К тому времени, когда он наконец отпустил ее, ноги Уитни подгибались.