Темные удовольствия

Он был одержим восстановлением мышц и всегда обливался льдом и расслаблялся в воде после игр. Когда на крыше остались только Ледяные Боги, Лили, Ева и Изабель, пришло время расслабиться.

— Вы идете в джакузи? — спросила Лили у своих подруг.

— Конечно! — Изабель сразу же воодушевилась.

Ева заколебалась.

— Я, пожалуй, просто пойду спать.

— Торопишься вернуться в нашу комнату, Золушка? — подначил я ее.

Я не знал, по какой причине хотел, чтобы она оказалась в джакузи, но мне нравился огонь в её глазах, направленный на меня. Борьба с ней была моим новым хобби, в котором я намеревался преуспеть, а практика ведет к совершенству. Кроме того, я хотел увидеть больше ее невинного румянца. Она могла огрызаться и отвечать на мои колкости точными репликами, но мы оба знали правду. В плане опыта и мужчин, Ева была сияющей и новой. Ее раскрасневшиеся, девственные щеки были такими занимательными. Я наслаждался ее смущением, а она легко смущалась.

Прямо как в ту ночь. Запихнув это напоминание на задворки сознания, я склонил голову набок, рассматривая своего врага.

Ее подруги пытались убедить ее остаться.

— Пусть уходит. Там и без нее будет достаточно народу, — крикнул я.

Глаза Евы метнулись к моим и сузились. Больше, чем оставаться в стороне, она ненавидела разве что делать меня счастливым. Теперь, когда Ева думала, что я не хочу видеть ее в джакузи, она задумалась о том, чтобы остаться.

— Не будь занудой, Ева, — крикнул Маркус, раздеваясь до плавок.

Мы с парнями заранее подготовились к нашему ритуалу отмокания в джакузи, и надели плавки под одежду. Я последовал их примеру, стянул футболку через голову и отбросил ее, не сводя глаз с Евы ни на секунду. Она бросила на меня быстрый взгляд, а затем отвела его.

— Прекрасно, но только ненадолго. — Она повернулась к Лили как раз вовремя, чтобы увидеть, как та стягивает с себя верх. — В чем ты будешь плавать?

— В нижнее белье. Это то же самое, что и купальник, — заметила Лили.

Изабель последовала примеру Лили, и Ева неохотно подчинилась. Я залез в бурлящую воду, сразу же почувствовав, как она расслабляет мои напряженные мышцы. Маркус приблизился ко мне, и когда Ева выпрямилась, отбросив одежду в сторону, тихо застонал.

— Ашер убил бы меня прямо сейчас, если бы узнал, что за мысли бродят в моей голове о его сестре, — пробормотал он. — Но, черт возьми, она горячая штучка.

— Я не заметил, — сухо ответил я, безуспешно пытаясь оторвать взгляд от ее стройного тела. Той ночью мне так и не удалось разглядеть её как следует, в тусклом свете, пока мы боролись с нашей паникой и страхом. Однако я никогда не забуду, как она ощущалась в моих руках, или ее сладкий вкус корицы.

— Ну да, мужик. Слепой бы заметил.