Удачи, милый (СИ)

Не все, конечно, но в целом было нормально, да и жаловаться я не собиралась никому, приноровилась справляться с трудностями.

— Мне кажется, тебя что-то тяготит, — выдала она, почесав подбородок.

— Нет, не стоит беспокоиться, — заверила я Нину Яковлевну, сгорая от стыда.

Неужели у меня написано все на лице? Что дела плохи, что нас вот-вот могут выселить, если мы не выплатим долг? А денег взять негде было. Дедова пенсия ушла на лекарства и благодарности врачам, моей стипендии хватало только на макароны по акции и… Впрочем, это были мои проблемы и решать я сама должна была их, не перекладывая на чьи-то плечи и не жалуясь.

— Хорошо, — кивнула она, — сходи в мою комнату, там на тумбочке лежат очки, никак не могу прочитать без них документы, что прислал бывший зять.

Я тут же вскочила со своего места, радуясь, что можно вздохнуть спокойно, не находясь под гнетом ее взора, который словно гвоздем прибивал к стулу.

Уже в коридоре столкнулась с Дашкой, которая шла на цыпочках, будто боясь, что ее шаги эхом отразятся от белоснежных стен.

Она оглядывалась, прижимая совок с веником к груди.

— Что-то случилось? — отскочила она от меня, выпучив глаза.

— Неа, — затрясла я головой, — а ты чего?

— Я? — растерялась она на миг, но тут же опомнилась, вытянула руки вперед, демонстрируя мне рабочие принадлежности. — Убиралась в комнате мелкого засранца.

— Э-э-э, — протянула я, — а кто это?

— Ах, да. Ты еще незнакома с ним, — закатила Дашка глаза, — смотри, аккуратнее. Тот еще гад, — прошипела она мне на ухо. — Но бабка его любит больше всех. Потому все ему с рук и сходит. Спит вон, как мертвец.

— Понятно. Еще один мажор и тунеядец, — фыркнула я, надеясь, что знакомство состоится нескоро.

Дашка поторопилась смыться, а я, войдя в комнату хозяйки, преспокойно взяла очки в футляре и направилась обратно в кабинет.

Старая мадам, одарив меня снисходительной улыбкой, принялась за изучение документов, а я тем временем помогала Дашке по дому.

День катился к концу, и солнечный диск медленно скрывался за горизонтом, раскрашивая небо в малиновый. Стрелки на часах показывали, что рабочий день вскоре завершится и это не могло не радовать. Но буквально за полчаса до ухода, всклокоченный Игорь ворвался в кухню, завопив так, что у него едва не лопнули сосуды в глазах.

— Быстро всем в гостиную.

— Что стряслось-то? — непонимающе переглянулись мы с Дашкой.

— В доме завелся вор, — прорычал он, почему-то задержав взгляд на мне.

А мое сердце ухнуло, провалившись вниз. Язык к небу прилип, а глаза заволокло пеленой. Меня по-разному называли, издевались, относились предвзято в связи с тем, что я росла без родителей, даже оскорбляли, но слово «вор» в свой адрес я услышала в первый раз.

Меньше всего живя у бабули, я ожидал сюрпризов.