Удачи, милый (СИ)

Бабуля шикнула недовольно, расположившись в кресле. Попросила прислугу плеснуть ей чего покрепче. Хм, а потом еще удивляется моему образу жизни!

Как хорошо, когда все можно списать на давление и возраст! Надо будет запомнить на будущее.

— Может, объясните, для чего это все? Я не настолько по вам соскучился, — начал беседу, желая поскорее ее же и закончить.

— Мы, кажется, тебя предупреждали и не раз, — кашлянув в кулак, ответил отец.

В его глазах не было сострадания или даже толики сочувствия. Скорее холод, усталость и желание наконец-то поставить точку. Ему порядком надоело воспитывать меня, впрочем, как и остальных детей. Думаю, временами папаша жалел о том, что не дал обет безбрачия и был слишком любвеобилен. Потому сейчас только и занимался тем, что отбивался в судах от бывших жен, да и спонсировал своих детей. Ладно, не всех, но некоторых уж точно. О количестве любовниц я вообще умолчу, потому как на седьмой сбился со счета.

— Если вы снова о том же, то и напрягаться не стоило. Я уже все сказал. Нет. Ни за что. Почему обязательно надо такими радикальными мерами?

— Иначе не выходит, — улыбнулась бабуля, смакуя напиток.

— Ты уже вышел из того возраста, чтобы с тобой нянчиться, — рявкнул отец, заставляя меня вздрогнуть.

Вот он так всегда. Нет бы поговорить нормально, обязательно надо орать, чтобы в ушах звенело, чтобы щеки пылали, и обида разливалась по венам ядом. Я старался сдерживать себя, не перечить, не возмущаться, решив для начала выслушать их аргументы «за». Может, я действительно чего-то не понимал и им с высоты своего возраста виднее. Только одно терзало — почему они такие эксперименты не ставили над собственной жизнью. Зачем препарировать мою молодость?!

— Тачку я уже забрал у тебя, счета тоже заблокировал, но это, кажется, никак не повлияло.

— Во-о-от, — протянул я в ответ, — значит, надо было сделать выводы и отстать от меня с этим. Пап, такое ощущение, что ты мне мстишь просто. Если у тебя не сложилась личная жизнь, то это не дает тебе право пропускать и мою через мясорубку.

— Срок тебе три месяца на организацию. Так уж и быть я оплачу банкет и все расходы, — выдал папаша, даже не моргнув на мои слова перед этим. Он вообще не слушал меня, не старался понять, словно я разговаривал со стеной. Конечно, все можно было послать к черту, бросить универ, пойти устроиться механиком в автосервис и в ус не дуть. Первое время было бы сложно, все-таки привык жить на широкую ногу, но потом бы привык. Точно.

Только вот выходить из зоны комфорта было очень непросто. Еще и злость брала за то, что другим детям он такие ультиматумы не ставил, вот, видимо, везло лишь мне на родительскую «любовь».

— А если Юлька не согласится? — выпалил я, сморщив нос. Где-то отдаленно родилась мысль, что, черт с ней, со свадьбой.