Училка и мажор

Мне было как-то… неудобно. Он и так вступился за меня и пострадал. Говорит, что отец, за то что вытащил его, теперь требует на фирму семейную идти. А Сёма не хотел, он другим занимается, своё дело хотел развивать. И знаешь, думаю, у него бы обязательно получилось.

— Вась, теперь всё изменилось. Ты носишь его ребёнка. Просто расскажи ситуацию ему. Думаю, тебе ещё и влетит от мажорчика, что молчала так долго.

Может, Карина и права. В любом случае, выбора у меня больше и нет. Сегодня поговорим, станет понятнее.

Какое-то время мы ещё сидим на лавочке в парке напротив детской площадки и болтаем. Теперь мне узнать о мамских буднях Карины ещё интереснее. А спокойствие её завораживает.

— Я, наверное, буду дёрганная, — смеюсь. — В обморок буду падать от любого прыщика у малыша. Надо успеть за беременность кучу всего перечитать и пересмотреть.

— Да ну, — успокаивает подруга. — Это тебе сейчас так кажется. Хотя, я тоже переживаю, конечно. Особенно когда плачут долго. Тут непонятно: колики это или ещё боль какая-то. И как помочь не знаешь. Но я только учусь быть мамой. И ты научишься. Материнское сердечко подскажет, Вась.

Позитив Карины, её оптимистичный настрой и мягкость во всём вдохновляют.

— Ты же понимаешь, что я теперь буду тебе звонить по всякому поводу? — смеюсь.

— Я только за, — кивает Карина. — Вместе веселее. Только… Катюшку бы ещё отыскать. Она с тобой так и не связывалась?

— Неа, — качаю головой. — Когда думаю о ней, сердце заходится в тревоге. Ну что такого ей этот Макарский сделал, что она сбежала и даже нам с тобой весточку не прислала?

— Богдан говорит, что Макарский хоть и тот ещё козёл, но Катерина наша тоже хороша. Она ведь даже не выслушала его.

Мы вспоминаем, как дружили втроём в Волгограде, как работали в школе. Детей в поездки возили, мероприятия вместе устраивали. Как однажды пошли в клуб и оторвались там по полной программе. Как смеялись, когда кто-то заказал песню для “самых ох*еных училок ** школы”.

Тогда было весело, а утром дошло, что в клубе, видимо, были старшеклассники. Катя тогда хотела уволиться, Карина переехать в другой город, а я улететь вообще на другую планету."

"Честно — мне так не хватает моих девчонок, моих училок. Вместе как-то было легче, ведь не всё можно обсудить со своим мужчиной, даже любимым. Иногда хочется излить душу девочкам-подружкам. Хорошо, что хоть Каришка недалеко, и мы можем видеться хоть иногда. Но за Катю действительно душа болит.

Каринкины малявки просыпаются и начинают требовать маминого внимания и еды. Последнее мне уже поясняет Карина. Она звонит свекрови, которая помогает ей с детьми, прощается и уходит с коляской в сторону дома. А я, посидев ещё немного, тоже иду на остановку.

Продукты заказываю через доставку, убираюсь в квартире.