Убийство церемониймейстера

И потом, я молод, богат, умен… Что еще нужно? Зачем искушал я Вседержителя?

Лыков пытался успокоить разбушевавшегося проповедника:

– Помилуйте, Илиодор Иванович! Вы просидели пять дней в дворянской камере, с удобствами и на ресторанных харчах. Какие же тут испытания? Они случились бы, если б я не сумел доказать ваше инобытие.

– Но меня лишили свободы! – гневно выкрикнул толстяк. – Мое имя замарали подозрениями, страшными подозрениями!

– Скажите спасибо, что легко отделались. И Вседержителя не поминайте всуе. Люди рисковали жизнью, чтобы спасти вас. А вы в это время, после всех совершенных вами глупостей, кушали пулярку.

Но Дуткин, больше других обязанный Лыкову, ушел раздраженный. И даже обещал подать жалобу на Высочайшее имя за беспричинный арест! Вот болван…

Последним Лыков принял Арабаджева. Они беседовали с глазу на глаз. Сыщик объявил:

– Официально извещаю вас, что дознание убийства Дашевского закончено, дело передано следователю по особо важным делам Добужинскому. С Лерхе и Дуткина подозрения сняты, подписки об их неотлучке отозваны.

– А моя?

– Остается в силе."

"Глаза у Арабаджева сделались как у гюрзы: злые и немигающие.

– Это что значит?

– Это значит, что вы – главный подозреваемый. Мне известны все подробности. Снулый арестован и признался в пяти убийствах. Янович-Яновский пока все отрицает, но это лишь дело времени. Вы преступник. И виновны в том, что заказали смерть Дашевского за три с половиной тысячи рублей.

– Я не знаю никого из тех, чьими именами вы козыряете!

– Снулого действительно не знаете. А вот Яновича – очень хорошо. Он ваш сообщник и был посредником в этом преступном деле.

– Где доказательства, Лыков?

– Скоро будут.

– А вы меня не интимидируйте![53] Вот когда будут, тогда и обвиняйте!

– Немного потерпите. Недолго осталось. Кстати, для Дворцовой полиции того, что я выяснил, достаточно. Это суду нужны доказательства, а Черевину с Ширинкиным нет. Вас уже вычеркнули из ведомости рассылки приглашений ко Двору. Сейчас готовится отношение к Воронцову-Дашкову о лишении вас придворного звания. Со службы тоже выкинут. Вы зря погубили столько людей, Арабаджев. Вам никогда не стать церемониймейстером.

Бакинец молчал, гоняя желваки по лицу, а Лыков не унимался:

– На Сахалине попадете в древотаски. Знаете, как это делается? Обязательно зимой, я сейчас объясню почему. Отбирается артель и назначается в лес. Возле тюрем он уже всюду сведен, и требуется уходить в тайгу верст на восемь-девять, а где-то и дальше. Так вот. Артель выбирает подходящее дерево и валит его. Причем ствол должен быть не менее установленной длины! Если он окажется мал, то приходится валить новое дерево. Когда нужный ствол спилен, вся артель справляет на него малую нужду.