Убийство городов

Но ветер стихал, и зеленые перья опускались, осина стихала.

Болезнь выпивала из жены соки. Жена теряла силы, худела. Беспомощно и печально взывали ее темные большие глаза.

– Неужели я скоро умру?

Кольчугину было невыносимо чувствовать на себе ее умоляющий взгляд. Она лечилась, сопротивлялась. Он доставал самые редкие дорогие лекарства, возил на приемы к медицинским светилам. Она ездила в монастыри, прикладывалась к мощам, пила святую воду. Но постепенно надежда на выздоровление гасла в ней, она равнодушно, нехотя принимала лекарства и всей душой предавалась молитвам. Не об исцелении, а о том, чтобы Господь принял ее к себе. Кольчугин видел, как она удаляется от него. Удаляется из жизни, словно ее подхватил невидимый темный поток и уносит. И он не в силах ее удержать.

– Господи, как я устала! – сказала она однажды.

Когда ей стало совсем невмоготу и она почти не вставала, у них в доме поселилась монашка Клавдия Сидоровна, маленькая, худенькая, как птичка, умильная и услужливая. Она все время проводила с больной. Когда он заглядывал в комнату жены, видел, что монашка стоит на коленях у ее изголовья, читает молитвослов, а жена, в белом платочке, с недвижными глазами слушает покаянный канон.

Жену увезли в больницу, и, пока ее не было, он с Клавдией Сидоровной вечерами совершал вокруг дома крестный ход. Нес образ Спасителя, Клавдия Сидоровна держала у груди икону Богородицы. Пела тихим взволнованным голосом. Он послушно исполнял ее указания. Страстно молился об исцелении жены. Троекратно крестил иконой вход в дом. Сквозь яблони светила большая осенняя луна.

– Дедуль, мы поехали. – В беседку вошла внучка Катя, нежно прижалась к нему.

– Дед, ты лежи, не вставай. – Тим-Тим протянул ему руку. Пришли прощаться внуки, сын и дочь.

– Ты звони. Если что, я сразу приеду. – Дочь поцеловала его теплыми губами, и ее сходство с женой почти исчезло.

Кольчугин подумал, что сейчас сообщит о своем намерении ехать в Донбасс. Но промолчал. Смотрел, как отъезжают одна за другой легковые машины.

Вечером позвонил подполковник Новицкий:

– Дмитрий Федорович, вас будут ждать в Ростове. Вылет через три дня. Вам обеспечат переход границы и доставят в Донецк.

– «Не бойся идти в Египет», – сказал Кольчугин.

– Что, что? – не понял Новицкий.

– Это из Священного Писания. «Не бойся идти в Донбасс».

Перед сном он подошел к рябине, тронул ее прохладную ветку. Поведал ей о своем скором отъезде. И вдруг жена вышла из рябины, высокая, статная, восхитительная, в пору своего женского цветения. Ее темные волосы стеклянно блестели. На белой шее, как драгоценные брызги, краснело фамильное гранатовое колье. Кольчугин благоговейно ей любовался.