Ты - наша

Так что эта пицца… М-м-м…"

"— Блять… — Лис неожиданно прижимается ко мне сильнее, кладет горячую ладонь на колено, ведет выше, жестко прихватывая между ног, — не стони так! У меня стоит до боли уже!

Я ойкаю, испуганно таращу глаза и роняю пиццу на тарелку обратно.

А Камень тут же, развернувшись так, чтоб перегородить своей широченной спиной нас с Лисом от возможного пристального внимания зала, рычит злобно и ревниво:

— А ну грабли убрал свои! Я, может, тоже хочу… Но терплю!

— А я не могу терпеть, — шипит Лис и внезапно кусает меня за шею! Чуть-чуть больно, но до дрожи приятно!

Вскрикиваю тихо и пытаюсь отодвинуться.

Лис не пускает, его пальцы, опытные, жесткие, что-то там делают такое внизу, прямо через джинсы, отчего меня сладким током пробивает по всему телу!

— Блять, — матерится Камень, а затем просто вытаскивает меня из лап Лиса и сажает себе на колени.

Лицом к столу.

Придвигает ближе тарелку с куском пиццы, перехватывает поперек талии так, чтоб полностью прижать к своей твердой груди.

Лис не успевает никак среагировать, только хлопает ресницами изумленно, а затем, осознав, что случилось, с досадой сжимает кулаки.

— Ешь, маленькая, — горячо шепчет мне на ухо Камень, — и поехали уже. А ты, рыжий урод, держи себя в руках, — обращается от холодно к Лису, злобно сверлящему нас взглядом, — сам говорил, что не надо палить девочку. Мы же не хотим, чтоб слухи хреновые ходили?

Я давлюсь пиццей, кашляю.

И порываюсь соскочить с коленей Лешки.

Мы сидим в общем зале, но в углу, так, что заметить нас можно, конечно, но только если прямо смотреть.

А я уверена, что на нас смотрят! И вовсе не из-за меня!

Камень и Лис привлекают внимание везде, где бы они ни оказались! И то, что сейчас произошло…

Конец моей репутации…

И без того от нее клочки остались, а тут уж…

— Не волнуйся, Вась, — правильно понимает меня Камень, — мы разберемся. Решим все.

— Что вы решите? — я тянусь за салфеткой, вытираю губы и пытаюсь вырваться из лап Камня.

То, что я чувствую сейчас под задницей… Неправильно. И страшновато, если честно. А еще — вообще неуместно.

— Как быть дальше, — Камень не замечает моих попыток в освобождение, держит крепко, но бережно и не больно. Его широченная ладонь, тяжелая, горячая, закрывает весь мой живот, от самого низа до груди, большой палец мягко двигается, поглаживая там, где начинается пояс бюстика.

— Да никак не быть! — внезапно я раздражаюсь, хотя эти поглаживания, эти взгляды, завистливо-ревнивые Лиса и тяжело-собственнические Камня, заводят, опять заставляют чувствовать то самое сногсшибательное томление во всем теле. Это тоже раздражает. — Я хочу поесть! А вы мне даже этого сделать не даете! Пусти меня! Я хочу сама сидеть! Я не кукла, чтоб таскать меня постоянно!

И снова дергаюсь в руках Камня.