Ты моя, Птичка!

Спустя два дня мои чемоданы стояли в коридоре, папа собирал инструменты со словами «точно там что-нибудь сломали, сразу проверю». А на пороге стояла злая Лиза. Коля за ней, вновь не поднимающий глаз. Как щенок, которого в дерьмо носом макнули. Мама ругалась с папой.

— Что это за выдумки? Ехать она собралась на квартиру. А ты ей потакаешь. — кричала мама в комнате.

— Это ее квартира. Она совершеннолетняя. — монотонно отвечал папа.

— У нее учеба.

— У Лизки тоже.

— Лизонька перевелась без проблем."

"— Ага, сколько бабла отвалили за этот перевод? Так она еще и не учится толком. Деньги на ветер.

— А Васька что, отличница что ли?

— Интересовалась бы дочерью и знала.

— У нас нет денег, чтоб еще и Васю переводить. У Лизы свадьба на носу.

— На ее носу, я то тут причем? — удивился папа и усмехнулся. Мне тоже, стоявшей в коридоре и смотревшей на злую сестру, стало смешно. — И потом, Вася переводится бесплатно.

— Невозможно. — вновь вскричала маман.

— Если мозги в голове есть, все возможно.

— Так, Вася! — мама вышла в коридор и, схватив меня за плечо, повернула к себе. — Ты должна перевести квартиру на меня. В конце концов, это моя сестра. И я наследница.

— Ну-ка, рот свой закрой и не городи чушь. — вмешался отец. — Ты ее в двенадцатилетнем возрасте отправила к черту на рога, ухаживать за больной сестрой, а сама Лизе жопу облизывала. Она там и жрать ей готовила, и стирала, убирала, да дерьмо из под тетки убирала, и вполне заслужила эту хату. Ты туда даже носа не совала. Васька, даже не думай и мать не слушай. — отец всегда грубо выражался, но за последнее время я привыкла и лишь кивнула на его тираду.

Мать улетела обратно в комнату, отец пошел собираться дальше.

— Ну, что? Довольна? — зашипела на меня Лиза.

— Чему? — спросила я.

— Выжила нас из квартиры, отца подговорила и радуешься стоишь.

— Лиз, это квартира моя. Я хочу жить отдельно и как можно дальше от вас.

— Ты мне всю жизнь испортила и продолжаешь портить. Какая же ты сука! — завизжала сестренка и затопала ногами, как делала в детстве, когда чего-то сильно хотелось, а ей отказывали.

Я почувствовала укол совести, но растоптала его тут же, пока он не вырос размером со Вселенную. Папа прав, надо думать о себе.

Бешенство Лизы успокоил папа.

— Ты что устраиваешь тут? Так, молодожены чертовы. Так как один нахлебник съезжает, — кивнул он на меня, — ты, Николаша, — папа глумился, как мог. Колю он терпеть не мог, когда еще я с ним встречалась. — Можешь жить в нашем доме. Но, либо устраиваешься на подработку после учебы, либо пусть твои родители тебя обеспечивают. Запросы Лизки ты знаешь, я их оплачивать не буду. У матери зарплата копеечная, много не даст. Уяснили?

— Да. — проблеил Николаша, не поднимая глаз.

— Меее, скажи еще. — рявкнул отец.