Ты мой закат, ты мой рассвет

Поэтому, когда блондинка подсела ко мне в баре с явным подкатом, я не стал ее прогонять. Слушал, как трещит, жалуется на какую–то херню, на бывшего, на безрукого мастера, который делал ей челку. Что–то говорил в ответ, просто чтобы не сойти за немого. Потом она спросила про кольцо. Я повертел его на пальце и сказал, что «свободный, а остальное никого не волнует».

Должно было стать легче.

Если спросить себя самого «Ну и на хера ты все это сделал, чувак?», то ответа все равно не будет. Даже если копну очень глубоко, отодвину в сторону все защитные барьеры — его нет.

Хотя, наверное, меня просто заклинило.

Где–то что–то перемкнуло, потому что последние несколько месяцев я пытался делать вид, что моя жизнь — охуеть, какая нормальная. Как, сука, у всех мужиков, кому повезло удачно жениться. Потому что Очкарик, с какой стороны ни посмотри, просто идеальный вариант для любого самодостаточного мужика. Ее абсолютно точно не интересует материальный аспект наших отношений, она не выпячивала напоказ, что «золотая девочка», и не пыталась загнать меня под каблук на том лишь основании, что у нее все куда более в шоколаде, чем у меня. Она разделяла мои интересы, любила те же вещи, что и я. Не ныла, что ей скучно, когда предлагал провести вечер или все выходные дома, потому что заебался на работе и тупо хотел валяться на диване с книжкой. С ней есть, о чем поговорить практически на любую тему. Она, в конце концов, несмотря на поганый опыт, не корчила из себя монашку и была готова подхватить любую мою идею. И, конечно, она заботилась обо мне и не возводила эту заботу в ранг героического подвига. Просто делала что–то и выглядела довольной, потому что доволен был я.

Казалось бы — ну чего тебе еще надо, мужик? Радуйся.

Только все это чудесное и вкусное варево стояло на огромной бочке с порохом, имя которому — неизвестность и неопределенность.

Когда–то мне казалось, что я ясно и четко вижу наше совместное будущее: ровное, без кочек, удобное и комфортное.

Потом… я перестал понимать, есть ли вообще «мы».

На ком я женат? На живой женщине или на голосе в телефоне?

Она правда милая и заботливая или это просто ее чертовы транквилизаторы?

Что будет, если я однажды пойму, что наши отношения зашли в тупик и попрошу развод? Она согласится и уйдет? Устроит истерику и снова попадет в больницу? Или… случится та самая минута, которую я не успею и буду всю жизнь проклинать себя за это?

И самое поганое во всем этом было то, что, несмотря ни на что, как бы я ни пытался оберегать свою «свободу», я все равно становился от нее зависимым.

От ее дурацких сообщений утром, что она проснулась посреди ночи, нашла в телефоне мою фотографию и уснула, глядя на мою улыбку.