Ты мой закат, ты мой рассвет

Антон собирает что–то сказать, а потом вдруг спохватывается, чертыхается и, схатив меня за руку, тянет из кухни.

— Что горит? — пытаюсь пошутить я, пока муж, паровозом. Прихватывает ве наше семейство и приказным порядком тянет и всех на улицу.

Лето в этом году теплое, а сегодня день вообще на зависть солнечный и почти тридцать градусов, что для нашей местности вполне себе редкость.

— Очкарик, я же тех рыбин купил!

— Рыбин? — не сразу понимаю я.

— Ну тех карпов в пятнах, помнишь? Ты хотела.

Пока пытаюсь вспомнить, о чем речь, оказываемся на улице, около маленького пруда, вокруг которого у нас целая зеленая красота с горками, деревцами и кустиками.

Муж командует всем стоять тут, уходит куда–то за дом и возвращается с большим пластиковым контейнером, который несет сразу в двух руках. Ставит на пол, снимает крышку с довольным видом.

— Антон… — Прикрываю рот ладонью. — Ты где их нашел?

Он приподнимает брови, мол, не то ты спрашиваешь и не то делаешь.

Пока наши родители обсуждают все это, Ася успевает перебраться ко мне на руки.

Присаживаюсь вместе с ней, ловлю — пусть и не с первого раза — маленькую рыбку с большой оранжевой головой. Она бьет хвостом и громко хлопает жабрами. Ася сначала удивленно таращит на нее карие глазенки, а потом восторженно пищит.

— Ася, папа купил нам большой аквариум, — говорю ей, и дочка тычет пальцем в блестящий бок рыбки. — Давай выпустим ее в воду вдвоем, хорошо?

Антон смеется и успевает поймать Добби, пока наш белый деловой «мужик с огромными яйцами» лезет лапой за добычей.

Мы выпускаем всю рыбью стаю.

Смотрим, как они быстро исследуют новый «дом».

Антон становится рядом, обнимает меня сзади и устраивает голову на плече, чуть прикусывая за ухо, как делает всегда, когда ему хорошо и уютно.