Ты меня (не) купишь

Его боятся, потому что из эксцентричного джентльмена он в мгновение ока превращается в сущего дьявола. Но вопреки этому он умеет любить по-настоящему: яростно, маниакально, фанатично. Он любит себя, деньги, роскошь, власть. Этого у него не отнять. Но не меньше он любит племянников, Сашу, брата, даже сестру… и меня. А я слишком долго была с мужчиной, который не проявил ко мне ни капли нежности. Отныне я хочу быть любимой и желанной. И со временем стать единственной страстью Романа Чеха.

Пагубная страсть Романа Чеха – женщины – ударной волной снесены от взрыва, грянувшего в образе моей Бабочки. Копаюсь в папке со старыми фотографиями и признаю, что пропал интерес ко всем куклам, с которыми путался когда-то. Удаляю одну за другой. Устаю и сношу всю папку к чертям. Хватит! Нагулялся.

Отодвигаю ноутбук, бултыхаю кубики льда в виски и делаю глоток. Брюхо уже почти не болит. Скорей бы док дал добро на тренировки, пока я жиром не оброс. А то Романа Чеха так узнавать перестанут.

Не припомню, чтобы у меня кто-то спрашивал разрешение на проведение свадьбы в моем клубе, но адрес уже вбит и разослан всем гостям.

Молча усмехаюсь, допивая виски. Ставлю стакан на стол, вздыхаю. Покой пьянит сильнее алкоголя. Гонки за власть больше нет. Фаза настоятельно рекомендует взять тайм-аут, дать сплетням улечься, потому что сейчас любая моя предвыборная кампания наперед провальна. Пожалуй, в этот раз прислушаюсь к нему. Тем временем займусь личной жизнью. Посвящу себя Бабочке. Она заслужила.

– Прикладываешься с утра? – В кабинет входит Камиль.

Никак не могу привыкнуть к его домашним рубашкам. Скоро «клетка» станет его нормой. А еще год назад этот чувак был киллером – лучшим из лучших. Нет, я однозначно в офисного планктона превращаться не хочу. Скучно.

– Пару глотков – расслабиться, – отвечаю.

– Сомневаешься? Роман Чех не страдает бессонницей. На что день убить собираешься?

– Попробую уговорить Фазу смотаться в свадебный салон. Швея психует, что у нее нет мерок для пошива смокинга. А он, похоже, вообще не планирует явиться на свою свадьбу. Весь в делах.

– Сгребай его. – Поднимаюсь из кресла и снимаю со спинки куртку. – С вами поеду. В ювелирный меня закиньте.

В глазах Камиля появляется насмешка.

– Обычно у Романа Чеха все уникальное. Собираешься купить Дарье кольцо с конвейера?

– Уникальное уже было. Кому-то из бомжей досталось.

– А второй раз никак не заказать?

Я задумчиво хмыкаю, надевая куртку.

– Однажды я уже сел в твою тачку. Попал в аварию. Недавно сел в другую твою тачку. Меня пырнула бабка. Нет, Камиль. Если у Романа Чеха первый раз неудачный, то ждать фортуны от второго – тупость.

Хлопаю Камиля по плечу. От дел отошел, а все такой же каменный.