Ты меня (не) купишь

А то у меня с моим обостренным чувством ответственности тормоза сорвет, и в остальных делах вас заменять начну. Нехорошо.

– Ты щас дошутишься. Пшел из машины. Погуляй минут сорок где-нибудь.

Меня в жар бросает. Он что, серьезно? Судя по тому, как покорно Саша забирает свой бумажник и телефон и, выйдя, шагает в сторону круглосуточной кофейни, да.

– Иди сюда! – Чеховской подхватывает меня руки, задирает мой плащ и юбку и усаживает на свои колени.

Я даже пикнуть не успеваю, как промежностью чувствую каменную твердость в его штанах. Испуганно и смущенно заглядываю в его затуманенные возбуждением глаза и шепчу:

– Ром, некрасиво как-то… Саша же все понял…

– Даже Артур понял бы, что мы тут не сканворды разгадывать собрались, – рыхло хрипит он, одной рукой расстегивая ремень своих брюк, а другой обжигающе сжимая мое бедро.

Мои щеки вспыхивают. Как же чудесно, что в машине мало света, и Чеховской этого не видит. Зато от его взгляда не уходит моя счастливая улыбка. Он возбужден, а это значит правду сказал – не разрядился с Кристиной. Только меня хочет.

Только ее хочу. Абсурдно было думать, что смогу с другой!

Суетливо высвобождаю член из штанов и рывком насаживаю на себя вскрикнувшую от неожиданности Бабочку.

Да, детка, так! Сверху ты еще не была.

Она мелко дрожит, прикусив губу и закрыв глаза. Помогаю ей набрать ритм, мну ее бедра и ягодицы. Сам с трудом сдерживаю довольное рычание.

Как же она хороша! Всякий раз будто девственности лишается. Волнуется, но отдается максимально. Знает, чего хочет, стремится к этому. А хочет моя Бабочка удовлетворения. Голод утолить.

Прерывистое дыхание, резкие движения, стоны… В машине быстро становится жарко, и мы, продолжая трахаться, как дикие звери, срываем друг с друга одежду.

Заваливаю ее на сиденье, подмяв под себя, и вколачиваюсь в нее озабоченнее, напористее, глубже. Целую ее губы, шею, ключицу, грудь. Сладкая, вкусная, ароматная. Языком скольжу по ее коже, чувствуя, как та покрывается мурашками. Посасываю твердые соски, слегка прикусываю, вынуждая Бабочку содрогаться. Нравятся моей детке такие ласки.

Ее острые ноготки бодряще царапают мою спину и плечи. Она пробирается к шее, пальцами залезает в волосы на затылке и возвращает меня к своим губам. Очередной долгий поцелуй окончательно клинит тормоза. Переворачиваю Бабочку на живот, ставлю на четвереньки и снова врываюсь в нее. Она взвизгивает и сжимается. Обхватываю ее за шею, поднимаю, спиной прижимаю к своей груди и шепчу:

– Расслабься, детка. Тебе понравится.

Лихорадочно выдохнув, она запрокидывает руку за мою шею, поворачивает голову и позволяет целовать ее губы. Отрывисто постанывает, двигается навстречу, открывая для себя новые ощущения и явно получая удовольствие.