Ты меня (не) купишь

Ох, Бабочка, знала бы ты, какой кайф делать тебя своей, наслаждаться твоими стонами, руками скользить по изгибам твоего тела. Умопомрачительная, сногсшибательная, фантастическая. Парализующая и одновременно заводящая все шестеренки.

Я знаю, Бабочка его тоже видит. Но ее темп лишь нарастает, и я закипаю от влажного звука соприкосновения наших тел.

Это ебаное чучело стоит в каких-то двадцати метрах от нас и даже не догадывается, что здесь происходит. Сначала я трахал Бабочку на его столе, потом разговаривая с ним по телефону, сейчас прямо у него за спиной. В следующий раз пригласить его посмотреть, что ли, сироту несчастного. Он о таком зрелище только мечтать может. А я бы ликовал, видя, как вытягивается его лицо, на котором навечно прописывается сожаление об упущенной женщине. Будь я прежним Романом Чехом, а Бабочка раскрепощенней, точно устроил бы такое шоу.

Я снова притягиваю ее к себе за секунду до финала. Губами впиваюсь в ее рот, руками сжимая ее тело в кольце.

– Люблю тебя, детка, – хрипло шепчу, не выпуская из объятий.

Она замирает. Испуганно округляет глаза.

– Не веришь? – Носом трусь о ее горячую щеку. – Ради тебя раньше из командировки вырвался.

– И к Кристине рванул, – ворчит она.

Черт, Бабочка, не порти такой момент упреками!

Высвободившись из моих рук, она бросает взгляд в окно, где больше нет силуэта ее муженька, и начинает одеваться.

– Ты обманывал меня. Зачем отдал Арти на бокс к Степе? – Пронзительно смотрит на меня, натягивая юбку.

– Чтобы в поле зрения держать конкурента, – отвечаю, рухнув на сиденье.

– Представь, каким ударом для меня было твое появление в клубе. Твое поведение. Ты же со всеми потрохами сдал меня Степе и свалил.

– Я же извинился. Детка, мне и так стыдно.

– Ром, а мне до сих пор больно. Понимаю, что произошло недоразумение, но от твоих игр и срывов неприятный осадок остался.

– То есть сейчас ты меня просто трахнула? А на самом деле по-прежнему не простила?

Бабочка выдерживает паузу, пожимает плечами и кивает:

– Получается, так. Да, я тебя трахнула. Минутная слабость.

– У тебя настроение пропало, потому что его увидела?

– Возможно. Мозги на место встали. Поняла, что из огня да в полымя бросаюсь. Ром, поставь себя на мое место. Взгляни на себя моими глазами. Ты не подарок. Мало того, что за спиной жуть и руки в крови, так еще и твое нынешнее отношение к людям: Артуру, Лучиане, Саше. Даже к той же Кристине. Ты обещаешь, что добьешься меня. Я три дня жду тебя из командировки, изводя себя голодом и бессонницей. А ты возвращаешься и растаптываешь меня. Та крупица доверия, что тебе удалось в меня вселить, превратилась в прах. Тебе придется очень постараться, чтобы я поверила в твою любовь. Сейчас твое признание прозвучало, как банальная благодарность за секс.