Ты меня (не) купишь

 – Не пойму, бесишь ты меня, пугаешь, разочаровываешь или восхищаешь? – Возвращаюсь к машине, кладу пушку на капот и смотрю в его отрешенное от суеты лицо. – Только попробуй соскочить. Женишься, без вариантов!

– Черт. – Он убирает ствол в кобуру. – Лучше бы пристрелили.

– Ха! В машину живо! Пора исправлять свои косяки.

Не представляю, как Чеховской будет исправлять свой косяк с Кристиной. Не знаю, прощу ли его когда-нибудь, что рванул к ней из-за банального недоразумения. Понятия не имею, что со мной будет, если они все-таки переспали!

Пока еду домой, каждую минуту дергаю таксиста гнать быстрее. Он только молча косится на меня, красноречивым взглядом спрашивая: «Штраф за превышение потом ты платить будешь?»

В растерянности забываю заплатить даже по тарифу, а когда водитель окликает меня, просто сую ему купюру и, не дожидаясь сдачу, мчусь домой. Нашей машины на парковке нет, как и света в окнах квартиры. Степа так и не вернулся из клуба. Вероятно, отправился к маме – пожаловаться, поплакаться, пополивать меня грязью. Ну и пусть! Теперь не так обидно.

Не разуваясь, бегу в комнату и впопыхах собираю рабочие журналы, тетради, ноутбук, зарядное от телефона, косметичку, документы. Ворошу чемоданы и признаю, что большинство этих вещей мне уже не нужно. Многое я давно не ношу, остальное Степа покупал, а после его упреков мне от него ничего не хочется. Поэтому беру небольшую походную сумку и закидываю в нее лишь самое необходимое.

Саша теперь мой должник. Вот и пусть заботится о том, где мне жить, что есть и во что одеваться. Репетиторством займусь, в интернете какую-нибудь подработку найду. Не пропаду.

Господи, о чем я думаю?! Почему мне попадаются мужчины, к которым нет доверия? Только на свои силы надежда. Или я утрирую? Чеховской – гад. Но вряд ли из тех, кто женщину куском хлеба попрекнет.

Выволакиваю сумки в коридор и замираю, обводя квартиру взглядом. Здесь мало от меня. Степе не нравился ни мой выбор мебели, ни штор, ни расцветок. Все сделано так, как хотелось ему. Но мне здесь нравилось. Хотя нельзя отрицать, что я всегда чувствовала себя гостьей в этих стенах. Холодно в них. Душе холодно. Нет семейного тепла, уюта. Вместо детских игрушек – спортивный инвентарь. Вместо фотографий – сертификаты, грамоты, дипломы. Я в гостях у своих учеников чувствовала себя расслабленней, чем дома. Глаз радовала тайком прилепленная к дверце шкафа наклейка от жвачки, мелкие затяжки от кошачьих коготков на шторах, изрисованные фломастером кое-где обои, плохо выведенные на ковре пятна от пластилина. Степа считает это срачем, а я жизнью.

Зазвонивший телефон выдергивает меня из немого прощания с квартирой, куда я больше не вернусь. Никогда.

– Дарья Николаевна, за вами подняться? – спрашивает Саша. – Мы внизу.