Куплю твою жизнь

Мы пересеклись в обычной кафешке в центре города. Я постаралась одеться скромнее. Не выпячивать свой статус женщины богатого мужчины. Тем более Пати знала мою историю.

Поцеловала её в щеку, вспоминая знакомый аромат восточных сладостей, исходящий от неё.

— Что случилось, Пати?

Мнёт бумажную салфетку, разрывая её на части.

— Ох, Серочка, давно, наверное, нужно было с тобой поговорить. И зря, что молчала так долго. Знаю же, что вы вместе.

Она заметно нервничает и не смотрит на меня. А я как натянутая струна сижу, ожидая и страшась продолжения диалога.

— О чём ты?

— Серафима, Ратмир говорил тебе, что у него скоро никях*?

*бракосочетание

Глава 36

Я как смотрела на неё широко распахнутыми глазами, так и осталась. Будто меня поломали.

Боль едко расходится по телу, проникая в каждую вену, каждый сустав и орган. Ядом отравляя.

Во мне будто свет выключили. В буквальном и переносном смысле. Всё вокруг потемнело.

Закрутилась суматоха. Подбежала официантка с коробочкой лекарств и дала понюхать нашатырь, вытащивший меня обратно. Он немного привёл в чувство."

"— Кто она? — спустя пару минут нахожу в себе силы задать вопрос, потирая виски. Казалось, уберу руку, голова отвалится и покатится по полу.

Меня тошнит. Сильно тошнит. От обрушившейся новости готова выблевать все свои внутренности прямо сейчас.

— Они помолвлены уже давно, ещё до того, как ты появилась в нашем доме. Мне даже казалось, что помолвку разорвали. Он так тянул… но недавно назначили дату.

Пати продолжает что-то рассказывать, я едва её слышу. Думаю, размышляю, вспоминаю его поведение, и вся уродливая картинка складывается. И как я сама не догадалась, что в его планы я не входила?

— Как её зовут? — вдруг становится для меня важным. Кого ненавидеть.

— Ясмин.

Вытираю слезу с щеки.

— Красивое имя.

Я судорожно перебираю в памяти всех женщин, которые крутились рядом с ним. И тут перед глазами всплывает одно лицо.

— Я ведь её видела, верно?

Патимат кивает.

— Да, на свадьбе Мадины. Они танцевали.

Почему-то от этого известия становится многократно хуже. Я помнила эту девушку. Она показалась мне красивой. Хрупкой. Достойной его.

Вывалилась из кафе на улицу, не прощаясь и не оборачиваясь. Патимат, как плохой вестник, стала мне неприятна.

Сил возвращаться в его квартиру не нашлось. Мне требовалось время переварить эту информацию. Побыть одной. Не видеть его.

Машину вести не могла, перед глазами всё плыло. Вызвала такси. Забронировала номер в отеле.

Вечером телефон начал вибрировать от входящих сообщений. От него.

А я лежала, обливалась слезами и думала. Неужели я для него недостаточно хороша? Чем не угодила ему чемпионка, гордость страны, доставшаяся ему девственницей?

Не могла понять. Мой мозг не способен был обработать и принять эту информацию.