Не твоя семья (СИ)

— Не смей говорить о моей дочери! — Марьяна нервно взвизгнула. — Тимур обязан помогать растить ее. Она привязалась к нему! — и ткнула мне в лицо телефоном. — Смотри, видишь, как обнимает его.

Я сглотнула густую горькую слюну. На фотографии Ярослава висела на его локте, а Марьяна стояла рядом и довольно улыбалась. Мантуров, как обычно, с непробиваемым лицом. Ноль эмоций, но сам факт.

— У твоей дочери есть отец, — только и сказала. — А ты, Марьяна, даже не мечтай о моем муже.

— Он бы женился… — пыталась возражать. Я рассмеялась.

— Три года, — напомнила безжалостно. — Ты смотрела на него глазами преданной собаки три года, и Тим не женился. Ты не нужна ему. Смирись.

- Я не...

- Хватит! - оборвала на полуслове. - Ты можешь согнать под мои окна все свое полоумное семейство, но я никуда не исчезну. Знаешь, почему?

Марьяна молчала.

- Потому что Тимур любит меня. Только меня."

"Я закрыла перед ней дверь и поспешила в дом. Вышла-то в одной майке и домашних шароварах. Я уходила, высоко вскинув голову, но плечи словно тяжелой плитой придавило. Как она посмела прийти?! Если бы боялась, не посмела бы явиться. Значит, Тимур позволял ей вести себя столь свободно! Значит, обещал, раз Марьяна уверенно говорит о замужестве. С Ярославой проводил время: крестный, да, но как не чувствовать уязвленности и обиды?!

— Ну как вы тут? — подошла к сыну и, обняв, чмокнула в макушку. — Шрек, тшш, — тихо приказала. — Егорушка, спать будем.

— Я папю с молозеным зду.

О, я тоже! Мне есть, что ему сказать!

Тимур вернулся. Я делала вид, что ничего не произошло. Он вызвался уложить сына на дневной сон, затем вместе со Шреком нашел меня в мастерской. Накатило вдохновение: я рисовала разбитое сердце.

— Гель, все нормально? — остановился позади, рассматривая кроваво-алые мазки.

— Нет, не нормально, — тряхнула волосами. — Огради нас от своих любовниц: они уже домой ко мне приходят. Или они тебя слушаться перестали?

— Не понимаю, о чем ты? — нахмурился Мантуров.

— У тебя настолько много их, что не помнишь, которая самая наглая? — вздернула бровь.

— У меня нет любовниц, — ответил абсолютно ровно. Ни один детектор лжи не докопался бы.

— Тим, если эта дрянь явится снова в мой дом, я соберу вещи и уйду вместе с сыном. И мне плевать на все договоры!

— Не надо угрожать мне, Ангелина, — моментально пошел в атаку. Тимур Мантуров иначе не мог.

— Можешь выписать мне неустойку! — бросила кисти и хотела уйти, но он удержал меня, сжав запястье.

— Гель, у меня с Марьяной…

— Я помню, что у вас ничего не было, кроме ее дочери, которой ты заменил отца, и вашей предполагаемой свадьбы. Все, Мантуров, хватит, — выдернула руку. — Меньше года осталось жить в этом фарсе. Избавь меня от своего общества по максимуму!

Я ушла.