Твой первый - единственный

Я наклонилась и коротко чмокнула Шестакова в щеку.

– Рита… – прошептал он.

– Совсем не бредово. Мне нравится.

– А мне нравишься ты, – сказал вдруг Витя. Щеки словно опалило пламенем, я приложила ладонь к шее, стараясь дышать ровней.

– Ты…

– Давай завтра устроим второе свидание? Я не хочу пропустить ни дня до Нового года.

– Завтра… – надо было как-то ответить, успокоиться, но я продолжала смущаться, и эта глупая улыбка, переполненная счастьем, сдавала меня по полной программе.

– Да, завтра и каждый день подряд, – в голосе Вити звучала игривость, он явно заигрывал, но в то же время был вполне серьезен в своих предложениях.

– Завтра я работаю… – выдохнув, прошептала я.

– Работаешь? – лицо Шестакова в момент потеряло былое сияние, оно сделалось мрачным.

– Да, в ресторане.

С минуту мы оба молчали. Мои мысли крутились вокруг хозяйки Марины Анатольевны и того, что она была бывшей девушкой Вити. А еще эта дамочка за мной следила. Откровенно говоря, если до этого я еще подумывала, уходить или нет из заведения, то после таких новостей оставаться там напрочь пропало желание. Кто знает, что у госпожи Леоновой в голове?!

– Я заберу тебя после работы. Во сколько ты заканчиваешь? – мне показалось, Шестакову не нужен был мой ответ. Он уже решил для себя – приедет.

– Поздно, в двенадцать или около того. Как клиенты будут. А давай… – я вздохнула, не зная, как правильно поступить. – Давай я позвоню тебе?

– Хорошо, но ты не думала уволиться? Дело даже не в Марине, а в тех жирных кошельках, которые…

– Я думала, – перебила, сжимая в пальцах лямку от сумочки. – Будет сложно без работы, но я уйду. Это однозначно будет правильным решением.

Глава 34 - Рита

Как сообщить Марине Анатольевне о своем уходе, я пока не особо представляла. Во-первых, конец года, и сложно будет подыскать новый персонал. Во-вторых, в последние дни, как говорили девочки, посетителей стало больше обычного. Появились даже задержки в обслуживании. Однако тот факт, что директор следила за мной, делала компрометирующие фотографии, уже вызывал множество вопросов. Так или иначе, сталкерство никогда не было чем-то нормальным. От такого реально стоит бежать, пока не стало слишком поздно.

Весь день я обдумывала причину своего ухода, мне не хотелось говорить правду, устраивать лишние разборки. Почему-то казалось, узнай Марина Анатольевна реальную причину, точно бы закатила бы истерику. Я прекрасно помнила, как умеет наша начальница кричать, кидаться обвинениями и не слышать чужих аргументов. В этом ей не было равных.

В шесть вечера мне неожиданно позвонил Витя. Хотя в его звонке не было ничего внезапного, он писал утром, желал хорошего дня, а в обед прислал свою фотку с какой-то уличной собачкой, которой Шестаков решил скормить шаурму.