Туман над темной водой

– Я ничего не понимаю, – Ирина смотрела жалобно, – кто знал про алмазы? Кто убил Веню? Кто успевал отделаться от Светланы Георгиевны? И кто хотел, чтобы мы сгорели заживо вместе с ни в чем не повинным ребенком?

– Семен Ильич, – ответил Веретьев и объяснил, видя, что она все еще не понимает: – Местный участковый.

Поглядев на часы, которые показывали начало десятого, он взялся за телефон. Разговор с Феодосием Лаврецким вышел коротким. Теперь оставалось только ждать. Веретьеву и Ирине казалось, что прошла уже вся ночь, хотя часы теперь показывали всего лишь половину двенадцатого. От нервного напряжения Ирину била дрожь.

– Скоро все кончится, – шепнул ей Веретьев. – Уже кончилось.

– А если ты ошибся? А если это не он? – жалобно спросила она. – Он – пожилой человек, еще, чего доброго, умрет от ложных обвинений, как Полиект Кириллович.

– Я не ошибся. – Веретьев поцеловал ее в висок. – Сама посуди, с чего бы это ему было сидеть на должности простого участкового на протяжении сорока лет? Ни карьеру не делал, ни работу не менял. Если представить, что все эти годы он «караулил» болото с алмазами, то все становится на свои места."

"Оттого что минувшая ночь, а следом за ней и бесконечный день были слишком богаты на переживания, Ирина начала клевать носом. Уснуть по-настоящему она не могла, поэтому проваливалась в короткий сон, словно в забытье, и тут же вскакивала, как от толчка. Телефонный звонок вывел ее из очередного беспамятства, и она вскочила на ноги, тревожно уставившись на ведущего разговор Веретьева. Тот успокаивающе улыбался ей, задавая уточняющие вопросы, коротко попрощался, нажал на отбой.

– Задержали. В убийстве сознался, – наконец сказал он, и Ирина не выдержала, заплакала. Он подошел и спрятал ее мокрое лицо у себя на груди. – Ну все, малыш, теперь все действительно закончилось.

Семен Полевой весной 1976 года вернулся из армии и устроился на работу в милицию участковым. У молодого парня были здоровые амбиции, поэтому он строил планы на то, как получит недостающее образование и пойдет вверх по служебной лестнице. В мечтах он видел себя практически генералом.

В тот год на бирюковских болотах начались какие-то непонятные геолого-разведывательные работы. Велись они в обстановке повышенной секретности, а Семен оказался парнем любопытным. В байки про нефть он не верил ни на грош, а потому сгорал от нетерпения узнать, что же именно ищет бригада под руководством Петра Поливанова.

Сам Петр Иванович от вопросов уклонялся, а когда Семен стал вдруг слишком настойчив, коротко порекомендовал не совать свой нос куда не просят. Прыть свою молодой участковый поумерил, но вынюхивать не перестал.

История с пропажей Поливанова вызвала в нем удовлетворение вперемешку с подозрением.