Цеховик. Книга 1. Отрицание (СИ)

– А ты чего ждёшь, что мы завтра снова в ЗАГС побежим? Да как вообще ты можешь так вот просто взять и простить его?

– Ну, а что делать? Отец же. Ты же его любила, может и сейчас любишь.

– Много ты в любви понимаешь, – вздыхает она и я вижу, что она в смятении и не знает, что думать.

– Не обязательно сразу в ЗАГС, просто ж можно шанс дать. Ты не думай, я на твоей стороне. Знаю, тебе тяжело было. Но мне кажется, стоит попробовать. А этот Рыбкин…

– Знаешь что! – злится мама. – Помалкивай. Иди с собакой погуляй.

– Я его на Новый Год пригласил, кстати.

Она в сердцах бросает в меня маленькую подушечку с дивана, но я уворачиваюсь и бегу в прихожую.

– У меня сотрясение! – кричу я. – Ты не забыла? Радж, пошли!

Отец ждёт у подъезда.

– Поговорили? – спрашиваю его.

– Да, – машет он рукой.

– Понятно. Ну, а чего ты хотел? Ты сколько пропадал?

– Вот именно. Ладно, приходи к нам завтра на Новый Год, но без чрезмерных ожиданий. У нас гости будут. Моя одноклассница с отцом.

– С отцом? – напрягается батя.

– Да, но у них нет ничего. Так просто совпадение, что он без жены. Но ты веди себя просто, как добрый друг и с мамой и с ментом этим.

– Милиционер? Рыбкин что ли?

– Да, – киваю я. – Придёшь?

– Откуда ты такой умный? Что-то не пойму я. Вроде я тебе советы должен давать…

– Умный уродился, а ты вот меня бросил.

– Слушай, сын, – зависает он.

– Ладно, не парься, – великодушничаю я. – Просто я книги по психологии читал. А твои советы мне ещё понадобятся. Так что, придёшь?

– Ну, тут одно из двух. Либо пустит, либо нет. Думаю, можно рискнуть.

– Ты где, кстати живёшь? – спрашиваю я.

– В училище в казарме пока что.

Когда мама уходит на работу, я иду на разведку. Каждому своё. Прохожу по адресам и нахожу дом, где живёт Каховский старший. По крайней мере, это весьма вероятно, поскольку здесь дежурит милиционер.

Я кручусь поблизости некоторое время, но Каха не появляется и мне приходится убраться, пока мной не заинтересовались органы. В не самом лучшем настроении я возвращаюсь домой и, исследовав все шкафы и просмотрев документы, принимаюсь за уборку. Эксплуатация детского труда, мля…

Когда мама приходит с работы, я помогаю ей готовить. Вот же, любовь к труду с младых ногтей… Оказываюсь припаханным по полной программе, несмотря на постельный режим. Я, конечно, из тех, кто может и умеет готовить, но не салат же «Мимоза». Баранину запечь, шашлык сделать – это пожалуйста. Без ложной скромности в этом я хорош.

– А «Оливьешку» разве не будем делать? – спрашиваю я.

– Это что ещё за зверь? – хмурится мама.

– Ну, «Оливье»… как его… зимний салат. Горошек я же не зря добывал.

– А, зимний. Сделаем, вон же я сварила овощи уже.

Она со вчерашнего вечера хмурится. Про отца я с ней больше не заговариваю и вообще, стараюсь лишний раз не попадать под руку.