Хранительница царских тайн

– Надеюсь, вы понимаете, чем рискуете?

– Жизнь отца для меня дороже.

– Решать вам. Только и я хочу уточнить. Квартира хоть и моя, но поедете вы туда исключительно для того, чтобы спасти свою задницу.

На скулах следователя заходили желваки, было видно – он еле сдерживается, чтобы не сорваться.

И Полина почувствовала – в этот момент ей лучше смолчать.

– Потихоньку… он спит… – Тетя Катя закрыла на ключ дверь и обняла Полину. – Как ты нас напугала! Странные у тебя друзья. Надо же было придумать такую шутку.

– С чего вы взяли, что звонил друг? – спросила Полина.

– Так ведь он сам сказал.

– Тетя Катя, мужикам верить нельзя. Вы же взрослая девочка.

– Да ну тебя! Опять насмехаешься, – тетя Катя перевела взгляд на Сергея. – О-о-о-очень приятно познакомиться. Катерина.

– Пойдемте покамест на кухню, чайку попьем. Сереженька скоро проснется, ему лекарство принимать. Я, Полина, так расстроилась из-за тебя, прямо исть не могла.

– Как он? – Полина старалась не смотреть в глаза женщины.

– Уже лучше. Как узнал, что жива, сначала заплакал, а потом заснул. Ну, думаю, и слава богу, значит, дело на поправку. Как у тебя-то дела, Полинка? Расскажи.

– Вот, в живых осталась, хахаля завела. – Полина уселась за кухонный стол. – Садитесь, – сказала она Дуло.

Тетя Катя улыбнулась:

– Симпатичный мужчина.

– Вам тоже нравится?

– Да ну тебя! – Взмахнув пухленькой, в рыжих веснушках ручкой, тетя Катя включила чайник и придвинула к себе вазочку с мармеладом.

– Давно я у вас не была, – сказала Полина. – А мармеладки все не кончаются…

– Заходила бы чаще, может, и отец не болел бы.

– А вы его лекарствами меньше пичкайте. – Полина откинула волосы и упрямо уставилась на цветастую скатерть.

– Ну и язва же ты, Полинка…

– А скажите, Катерина, – вмешался в разговор Дуло. – Больше вам никто не звонил? Не спрашивал, где Полина?

Тетя Катя бросила гневный взгляд в сторону падчерицы, однако, переведя глаза на Сергея, смягчилась.

– После того как тот паразит позвонил, я к телефону не подходила, с Сереженькой отваживалась. – Голос ее казался детским и немного плаксивым. – А вообще нам давно никто не звонит. – Не удержавшись, она покосилась на Полину. – Если уж дочь родная раз в год по обещанью…

– Значит, никто, – прервал ее Дуло. – А не сказал тот приятель, откуда он знает ваш номер?

Из глубины квартиры послышался кашель, и мужской голос спросил:

– Папа… – прошептала Полина и кинулась в комнату.

Отец лежал на диване. Подушка, на которой покоилась его голова, была белоснежной, а вышитый пододеяльник казался только что отутюженным.

– Ты, гляжу, совсем молодцом.

– Лицемерка, – ласковый тон выдавал отцовскую нежность.

Полина склонилась и поцеловала его в щеку.