Царь горы

Откуда же взяться любви? Еще месяц назад она бы порадовалась их неприятностям. Сейчас девушке стало грустно.

Почему? Возможно, причиной стал дурной сон, заставивший прорицательницу покинуть постель и выйти в гостиную. Плохой сон, невнятный, но страшный.

— Пьеро, приготовьте мне бокал горячего вина и можете идти отдыхать. Я хочу побыть одна.

— Слушаюсь, госпожа.

Слуга вернулся минут через пять, искоса посмотрел на сидящую у разожженного камина девушку, но подавать голос не решился, молча поставил на столик поднос с большим бокалом горячего вина и удалился, тщательно прикрыв за собой дверь.

Жизнь масанов требует крови. Магия масанов требует крови. В ней таинство. В ней сила. В ней власть.

— Двенадцать, тринадцать… — Клаудия считала падающие в огонь капли крови. — Шестнадцать, семнадцать…

В магии крови существует несколько способов вхождения в транс Прорицания. Ритуальные заклинания, обращенные к духам крови, древние формулы, требующие четкого воспроизведения и хорошей дикции, сложные техники с принесением жертв… В подземном кабинете Клаудии находилось все необходимое для работы, но сейчас девушка решила воспользоваться не самым любимым прорицателями арканом «Кровь на огне».

— Двадцать, двадцать один!

Рана стала затягиваться, кровь больше не капала, но Клаудия не вынимала руку из огня. Волоски и лак с ногтей давно сгорели, ухоженная кожа обугливалась, на ней появлялись уродливые ожоги, но боли не было. Пока не было.

Девушка закрыла глаза.

Не было огня, не было жгучей боли. Не было горящей руки, и ее самой не было. Не было ничего, кроме образов, помешавших ей спать. Неясных следов, становящихся все более и более зримыми, все более и более точными.

— Бран далак хари. Кунзар мосэр масар-куд.

Формулы слетали с губ, но Клаудия не слышала их. Она изучала рожденные кровавыми словами картины. Несмотря на использование одного из самых тяжелых арканов, полотно будущего все равно осталось расплывчатым. Какая-то сила не позволяла Глазам Спящего точно увидеть грядущее, какая-то сила скрывала правду, но даже сквозь завесу девушка почувствовала глухую тоску. Опасность увидел не ясный ум предсказательницы — ее ощутили чувства. Они не могли точно сказать, что будет, но кричали: «Берегись!»

— Сазыр унар хари. Сазыр…

Картинка распалась. Образы ушли. Девушка вытащила руку из пламени, быстро отошла от камина и в два глотка осушила огромный бокал еще теплого вина. Она торопилась заглушить боль, которая скрутила ее уже в следующий момент. Дикая, резкая боль. Страшно обожженная рука заставила Клаудию согнуться и до крови закусить губу.

«Главное, не потерять сознание!»

Она не хотела звать на помощь слуг, не желала показывать слабость.