Тропами вереска

Лес затих испуганно, словно затаился, даже филин ночной утих вдалеке, и водица в озерах плескаться перестала – почуяли гостя незваного да нежеланного.

Я оглянулась – никого. И тут же от теплого дыхания шевельнулись волосы на затылке. Ущипнула себя за ладонь: неужто уснула да не заметила?

Я изумленно глянула под ноги и обомлела. Гады ползучие, змеи ядовитые окаменели, застыли. У каждой на спине полоса золотая или серебряная, глаза – изумруды, чешуя – янтарь драгоценный. За такой подарок можно дом построить, еще и на скакунов тонконогих останется да на сани расписные. Щедрый дар, что тут говорить. Только мне таких даров демонских не надо, Шайтас на медяк даст да золотыми потом возьмет.

Я осторожно присыпала драгоценное подношение сухой листвой и выпрямилась. Порыв ветра прошелестел вздохом, и сразу закапал с неба мелкий холодный дождик. Я встряхнулась и пошла к своему домику понуро. Тенька, прихрамывая, поковыляла следом. Ничего, излечу хлессу, а в благодарность за мою защиту еще и мясом накормлю!

У околицы сидела темная фигура, и я шаг замедлила, насторожившись. Неужто снова проделки Шайтаса? Но Тенька хвостом завиляла и даже идти стала быстрее, а до того ведь тащилась еле-еле да поскуливала. Завидев нас, мужчина вскочил, и я моргнула удивленно.

– Что вы здесь делаете?

В неясном свете луны белые волосы служителя казались разлитым серебром, а глаза – темными, как бездна.

– А вы? – невпопад ляпнул Ильмир и запнулся. – Я думал, что вы уже давно спите…

– И поэтому пришли постоять под окнами?

– Я? Нет… То есть… – Он шагнул ближе, всматриваясь в мое лицо. – Я хотел увериться, что с вами все в порядке. С вами и детьми.

– Да. То есть… нет, – он вздохнул глубоко, шагнул еще ближе. Мое сердце забилось то ли от страха, то ли от предвкушения, и я застыла, не смея вздохнуть. Но служитель отпрянул сам, провел растерянно по лбу рукой. И снова уставился мне в лицо.

– Знаете, сегодня на ярмарке мне кое-что не понравилось. Скажите, что случилось с той кочевницей?

– Какой? – Дыхание вернулось.

– Старухой. Представляете… мне почудилось, что это та девушка, что зазывала нас с вами в кибитку. И юбка такая же, и браслеты. Три красных, четыре зеленых и желтый…

– Но главное – глаза. Лицо старое, а глаза молодые.

– Кочевники все друг на друга похожи, – насторожилась я.

– Вы правы, Вересенья. Но после я попросил проводить меня к той девушке. Монет посулил, сколько спросят…

– И что же? – похолодела я.

– Прогнали, – голос Ильмира стал задумчивым. – С чего бы это? Никогда не слышал, чтобы кочевники от монет отказались. А я ведь лишь о разговоре просил, не более. Странно, правда?

– У девушек бывают причуды. – Я улыбнулась по возможности весело.

– И то верно. – Он кивнул и снова ко мне шагнул. – И секреты.