Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд

В конце концов, не зря она в который раз встретилась на моем пути. Шестое чувство кричит, что это мой шанс. Единственный. Последний. И упустить его нельзя.

Но Агата иного мнения. Включает режим своего сына. Не проронив ни слова, подхватывает рюкзаки детей и огибает меня, шагая на выход.

Опешив, в последний момент ловлю ее за запястье. Она вздрагивает, покрывается мурашками и гипнотизирует место нашего соприкосновения. Воспламеняет одним лишь взглядом — и я вынужден отдернуть руку, как от кипятка.

— Я сказала свое последнее слово. Там, в раздевалке, — цедит она.

Не понимаю ее агрессии. Не заслужил я ее. Может, напрямую к Бересневой-старшей все-таки обратиться? Хотя после рекомендаций дочери она меня и слушать не станет. Придется младшую чертовку окучивать. Но… в обход.

— Возле клиники ваши дети пошкрябали мою машину, — цепляюсь за единственную нить между нами. — Нанесли ущерб имуществу, — нагнетаю специально."

"— Какая жалость, — неискренне тянет она. — Няня должна была оставить мои координаты. Я все оплачу, — догадывается сразу, о каком я эпизоде говорю.

— У вашей няни Васька чуть под колеса не попала, кстати, — выпаливаю, хотя совершенно другое сказать хотел. — Хреново за детьми присматриваете. Поучаете только.

— Что? — в глазах мелькает неподдельный страх, на лице — паника. На миг Агата становится такой беззащитной и испуганной, что обнять и утешить хочется. — Уволю к черту, — сжимает ладони в кулачки.

— Да уж, не мешало бы, — прячу руки в карманы, чтобы как-то сдержать себя. — Так что по поводу ремонта моей машины?

— Пришлете мне счет, — натягивает дерзкую маску. Расстегивает свой рюкзак, выуживает из бокового отделения визитку. — Вот мой номер и электронная почта.

Не глядя, прячу карточку в карман. Планирую продолжить разговор, но Агата нагло сбегает.

Направляюсь за ней к стойке администратора, слежу, как она с детьми выходит на улицу, а сам приближаюсь к окнам.

— Адам Альбертович, может, кофе? — заигрывает Ася, а я сторонюсь ее, словно прокаженную. Где чертов Рома? Пусть ошейник на свою бабу наденет. С шипами. И намордник.

Отмахиваюсь, как от назойливой мухи, и в непонятном ступоре наблюдаю за Агатой. Она устраивает тройняшек на заднем сиденье своего автомобиля, пристегивает в автокреслах. Проверив ремни, сама занимает водительское место.

Действительно, сильная и независимая. А еще одинокая. Нет никакого богатого покровителя. Значит, никто не будет отвлекать ее от поисков моего сына.

И от меня не защитит.

— Адам? — зовет друг. Как почувствовал, что на меня его Ася покушалась.

— Ты мне абонемент предлагал? — ухмыляюсь, с трудом отрываясь от Агаты. Нащупываю ее визитку в кармане. Нужно отрезать чертовке любые пути отступления. — Оформляй. Мне пригодится.