Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд

Кажется, я вляпался в долгую историю.

Глава 4

Агата

Выключаю душ, но вода продолжает стекать по моим длинным густым волосам и тяжелыми каплями барабанить по дну кабинки. Смаргиваю влагу с ресниц, нехотя открываю глаза и провожу ладонью по запотевшему зеркалу. Стираю испарину, чтобы взглянуть на свое отражение.

Рваный вдох — и закашливаюсь от попавшей в легкие воды.

В ванной и в моей комнате специально установлены зеркала в пол. Чтобы видеть каждый изъян и работать над собой. Распотрошенная, истерзанная внутри, я бережно храню внешнюю оболочку. Ради себя.

Кончиками пальцев касаюсь плоского животика. Провожу по светлым следам, оставшимся после растяжек. Сейчас они практически незаметны. Ухмыляюсь, вспоминая период беременности. Необъятный живот, с которым я едва дышала на последних сроках, отекшие ноги, слабое облегчение после появления чертят на свет, которое сменилось болью и страхом за крошечных, слабых малышей.

Бессонные ночи и дикие переживания быстро забрали лишние килограммы. Высушили меня, превратив в приведение. А спустя время адские физические нагрузки дома и в зале помогли вернуть форму. И даже усовершенствовать.

Указательным пальцем веду по татуировке, что протянулась от косточки до косточки и спрятала шрам после кесарева. Глупая материнская улыбка слетает с лица, как только я нащупываю уплотнение. Там где шов наложился на старый рубец. Слишком болезненные ассоциации, даже спустя восемь лет после предательства. Видимые раны затянулись, но душевные — кровоточат.

Срываю халат с вешалки и яростно укутываюсь в него.

— Ты рано встала. Какие-то дела сегодня? — окликает меня мама на лестнице.

Оглядываюсь и теплым взглядом ее окидываю. Стоит, оперевшись плечом о косяк двери, с кофейной чашкой в руке. А сама полностью собрана, облачена в летнее платье, которое на работе сменит на медицинский костюм. Волосы цвета горького шоколада собраны в аккуратную прическу, что спрячется под врачебным колпаком. Но это будет позже. А сейчас передо мной уютная, добрая, любимая мамочка. Человек, благодаря которому я не сошла с ума восемь лет назад.

— Да. Разбудила? — чмокаю ее в щеку, наклоняюсь и делаю глоток кофе. — Я няню уволила, — хмыкаю невозмутимо.

— Опять? — дергается мама и расплескивает содержимое кружки. — Агентство не напасется кадров на наших чертят, — качает головой. — Что на этот раз?

— Васька с ней чуть под машину не попала, — выпаливаю я и тут же жалею об этом, потому что родительница становится белее стены. — Но все в порядке, не волнуйся. Я решила попробовать их в частный детский сад определить. Там настоящие педагоги работают все-таки, а не какие-то непутевые девчонки после курсов.

— Возможно, ты права, — задумчиво тянет мама, и румянец возвращается к ее лицу.