Елена Троянская

Мы лавировали среди волн возле острова Краная — даже мне, лишенной опыта морских путешествий, было ясно, что море на мелководье возле острова куда более бурное, чем вдали. От капитана потребовалось большое искусство, чтобы подвести судно к дальнему мысу, который не было видно с берега Гитиона.

— Здесь нас не увидят. Любая погоня решит, что мы уплыли.

Я посмотрела на восток: небо начинало чуть светлеть.

— Мы отдохнем на берегу? — спросила я.

Конечно, я была утомлена сверх меры. Никто из нас не сомкнул глаз всю ночь.

В слабом предутреннем свете остров казался тихим, укромным местом. Он порос высокими деревьями, их раскачивал морской бриз. Возможно, рыбаки бывали здесь, но тут никто не жил.

— Нужно построить шалаш, — попросила я Париса.

— У нас на корабле есть шатры.

— Вели натянуть один.

Я стояла, дожидаясь, пока шатер вынесут с корабля. Парис отпустил матросов и сам стал устанавливать шатер.

— Я хорошо это делаю. Раньше часто приходилось этим заниматься.

— Да уж чаще, чем твоим избалованным братцам, я думаю, — сказала я, представляя расфуфыренных царских сынков, не поднимающихся с кушеток.

Парис удивленно посмотрел на меня, но ничего не ответил, продолжая свою работу. Наконец он выпрямился и пригласил меня войти.

— Моя царица, хоромы для тебя готовы, — провозгласил он.

Согнувшись, я вошла через маленькое отверстие в шатер. Внутри было темно, несмотря на занимавшийся рассвет. Парис расстелил одеяла и даже сделал подушки из льняных мешков, набив их тканью и одеждой.

— Ты на таких спишь в Трое? — спросила я.

— Нет. — Он рассмеялся. — Ты наверняка слышала, что Троя славится своей роскошью. А для бродяги и пирата такая постель в самый раз. Тебе не надоело быть царицей? Попробуй, каково быть беглянкой, которая живет под открытым небом.

Я опустилась на одеяло. Я так устала, что грубое одеяло, расстеленное на голой земле, показалось мне мягче перины из лебяжьего пуха. У меня не было сил ни думать, ни оценивать важность своего поступка.

Я легла на спину и вытянулась. Парис смотрел на меня, опираясь на локоть. До меня доносился рокот волн, разбивавшихся о камни.

— На маленьком острове всегда слышен шум волн. От него негде спрятаться, — сказал Парис.

— Он убаюкивает, — ответила я.

И правда. Эти мерные звуки напоминали барабанный бой, который прогонял все мысли, целиком заполняя голову. Волна накатывала, с шипением отступала, затем следовала пауза, и все повторялось снова. Я смотрела на Париса, его лицо стало расплываться у меня перед глазами.

Я здесь, думала я. Где? С Парисом. Мы бежали из Спарты. Все осталось в прошлом. В настоящем только я и он. Я протянула руку, обняла его за шею и притянула к себе.

Лицо Париса рядом. Я поцеловала его в губы.