Трое в долине

– Вилли! – ахнула я, неосторожно кинувшись к щиту, но забыв, к кому он был привязан. Сфера отрицания, само собой, качнулась вперед вместе со мной и краешком… самым кончиком, но все-таки задела бушующий вокруг Вестника смерч.

Не знаю почему, но энергия нашей сферы и впрямь оказалась для душ неприятной. Смерч отшатнулся. На мгновение замер, а затем развернулся и буквально рухнул на наши головы, оглушив и ошеломив до такой степени, что не только я – даже вампиры отпрянули.

Быть может, от растерянности или от неожиданности, но «прозрение» в этот момент подключилось само, и я буквально рухнула на колени, зажимая руками уши.

Наверное, я никогда в жизни его не забуду. Как не забуду и чувство, которое он во мне пробудил, заставив скорчиться на камнях и тихо застонать.

Это был неистовый крик, нечеловеческий, на сотни и тысячи голосов. Как если бы я слышала тот самый неистовый и отчаянный крик не тела, но души, причем буквально за миг до неминуемой смерти. Был в нем и страх, отчаяние, боль, надежда, ярость… так много эмоций, которые едва не разорвали мою собственную душу на части.

Только тогда я поняла, что именно испытывал Вилли, пока вел нас к этому месту. А потом крепко, до слез, зажмурилась и… внезапно поняла, что все закончилось. Неистовый крик исчез, я снова ощутила себя самой собой. Невидимое давление на разум тоже спало. И только мокрые щеки доказывали, что мне это не привиделось.

– Я же говорил, что здесь нельзя использовать магию, – с укором сказал Норр, отводя руку от моего лица.

– Я не сама… это случайность…

– Случайностей в таких делах не бывает. Кому, как не колдунье, положено об этом знать?

– Отстань от нее, – проворчал, помогая мне подняться, мастер Миррт. – Даже у меня в голове гудит. А на Линнеля и вовсе смотреть страшно.

С трудом разлепив веки и повернув голову, я увидела посеревшее лицо Ника, испуганно прижавшуюся к нему Ланку, благодаря которой он только и сохранял равновесие, а затем сделала пару неуверенных шагов и уткнулась носом в его плечо.

– Прости… прости, я этого не хотела…

– Ничего, – прошелестел побелевшими губами маг, не открывая глаз. – Нас же двое. А Вилли один это как-то выдерживает.

– Он не выдерживает, – вдруг тревожно сообщил нэл Нардис. – Пускай он не чувствует боли или страха, но даже для него это слишком!

Мы обернулись и машинально переплели пальцы при виде отчетливо виднеющегося в центре густого облака пепла мальчика, который стоял, гордо вскинув голову и подняв к черным небесам смертельно бледное лицо.

– Надо ему помочь! – вскрикнула Ланка, едва не кинувшись к Вестнику.

– Вот кому туда точно не надо лезть, так это вам, – оттянул ее за шиворот Артис. – Отец…

– Я сам, – сжал губы старший вампир.