Тринадцатый странник

— Только подделка — это не оригинал, ведь так? Я никогда не стану ею. И за это ты ненавидишь меня. И себя.

— Я тебя не ненавижу, Диана. — Он дышал тяжело, с хрипом.

— Но и не любишь, — жестко сказала я. — Знаешь, женщина готова простить очень многое за любовь, Ландар. Ты ведь стер мое воспоминание о той аварии.

Он сжал губы, не мигая глядя мне в глаза.

— Почему? Чтобы моя семья не мешала тебе создавать копию? — я снова улыбнулась.

Ландар молчал. В темноте его глаз билось что-то новое — болезненное, злое и настоящее. А я хотела увидеть его настоящим, хотя бы раз. Кхана больше не сжимала мне горло.

— Одно время мне даже казалось, что я люблю тебя. Я могла бы тебя полюбить, Ландар.

— Мне не нужна твоя любовь, — тихо сказал он. — Я ведь тебе говорил, Диана.

— Да, а я не поверила, — усмехнулась я. — Ведь ты уже любил, слишком сильно и слишком больно. Уже ничто не сравнится с той любовью, все станет лишь подделкой. Я поняла это, мой князь. Наверное, потому что осознала, что такое настоящая любовь. Она другая, Ландар. Совсем другая, ведь так?

Его ладонь скользнула мне на затылок и сжала волосы. Я насмешливо подняла бровь. Ландар изучал мое лицо — внимательно, остро, так, словно видел первый раз. И в темных глазах плескалось удивление.

— Настоящая любовь, значит, — с улыбкой протянул он, сжимая мне волосы. Улыбался, но я не видела веселья в его тьме.

— Закон мироздания, — я тоже улыбалась. Все же именно он воспитал меня. — В жизни все повторяется дважды, слышал?

— Ты ничего не знаешь! — ярость взметнулась в нем мгновенно. Комната вспыхнула огнем, он запылал разом везде — на бархате диванов, на тяжелых портретах, на антикварных столиках и старинных вазах. Потекли, оплавляясь, портреты, удушливый дым наполнил воздух.

— Я даже знаю, что ты увидел в Зеркале Сущего, — глаза слезились, но я все еще смотрела в его лицо, оплетенное черной паутиной. — Ты увидел свадьбу, не так ли? Мою. Не с тобой. Только это могло довести тебя до такого состояния!

— Замолчи! Ты ничего не понимаешь! — пламя уже пожирало комнату, где-то выла пожарная сигнализация.

— Иначе что? — прошептала я, глядя ему в глаза. Черт, почему не появляются крылья? Почему он до сих пор сдерживает себя? — Что, мой князь? Убьешь? Замуруешь в стену? Уничтожишь, как уже делал? Давай. А однажды, может быть, родится девочка с бирюзовыми глазами, и ты начнешь все сначала. Сколько нужно попыток, чтобы понять, что все бесполезно? — Я орала, пытаясь прорваться сквозь рев пламени и ярость Ландара. — Сколько? Ничего не выйдет, понимаешь? Копия никогда не сравнится с оригиналом! Никогда! И я — не Нория! Я хочу прожить свою жизнь! Свою, настоящую жизнь. Не с тобой.