Трое из Леса. Первая трилогия

Когтей рассмотреть не удавалось, вгрузли в землю, но, судя по вмятинам, под такую лапу попадешь – искать Мировое Дерево не восхочется.

Олег медленно пустил коня вперед, тот фыркал и пугливо прядал ушами. Мрак ощутил, что запрядать ушами готов сам. Вчерашний трус прет чересчур смело, неужто знание в самом деле такая сила?

– Избушка-избушка, – позвал Олег слабым, но без дрожи голосом, – повернись к лесу задом, а ко мне передом!

Избушка стояла как стояла. Олег прокашлялся, сказал громче:

– Избушка-избушка! Добром прошу: повернись к лесу задом, а ко мне передом!

Скрипнуло, ноги нехотя переступили. Избушка медленно развернулась. Ставни заскрипели, посыпалась мелкая пыль. Потревоженная ворона сорвалась с крыши, тяжело перелетела на дерево. Ветка прогнулась, птица шумно била по воздуху крыльями, пытаясь удержаться, гнусно каркала, глаза блестели круглые, злые.

Олег соскочил, повод забросил на шею коня. Дверь под порывами ветра грюкала на одной петле, внутри темно. Олег осторожно приблизился, подождал. Избушка не шелохнулась, он вспрыгнул на ступеньку, не дождавшись, пока просторный курятник присядет. Мрак заставил коня приблизиться, пытаясь что-либо разглядеть в щель между ставнями.

– Есть кто дома? – спросил Олег громко.

Дверь отворилась с жутким скрипом. Пахнуло сыростью, вареной травой и кореньями. Что-то шуршало, скреблось. Посветлело: Мрак с жутким скрипом, от которого у Олега остановилось сердце, распахнул ставни.

– Понадобимся, свистни!

В глубине избушки высилась широкая печь. Справа стол из неструганых досок и лавка, в углу – кадка с водой, на стене темнел мысник с горшками.

Олег пощупал шкуры на печи, скользнул взглядом по пучкам трав вдоль стен под потолком.

– Хозяйки пока нет! Заходите, подождем.

Мрак с грохотом распахнул и второе оконце, сунул голову вовнутрь, быстро огляделся. Таргитай за его спиной ответил:

– Мы… подождем снаружи.

Грубый Мрак буркнул нехотя:

– Это тебе родня, а нам там что-то не по себе.

Он исчез, вскоре донеслись глухие удары – рубил сушину. Олег осторожно пошел вдоль стен, принюхивался к травам, всматривался, вчувствовался. Толстый черный кот следил с полатей за ним желтыми, как у Лиски, глазами. Даже привстал, когда Олег заглянул в большой горшок, но лишь круто выгнул спину, вскинув хвост трубой, встряхнулся по-собачьи и лег, по-прежнему не сводя с гостя жутковато неотрывного взгляда.

На перекладине вниз головой висели летучие мыши. Олег в сумрачном свете принял их сперва за кабанов в грязных мешках. Потревоженные ярким светом, крайние вяло шевелились, один зверь открыл глаза и посмотрел на Олега неприятно осмысленно. По спине пробежал холодок, Олег поспешно закрыл спиной свет из окна. Кожан прикрылся крыльями и заснул.