Командир. Трилогия

Остальные восемь ремесленников, среди них одна большая семья мастера-кузнеца с учениками, по каким-то причинам решившего сменить более менее спокойное и налаженное жилье в Нижнем Новгороде, на неустроенность и опасность порубежья, ожидали прихода каравана и бояр наймодателей в самом городе. Не забыли и о беспризорниках для Ирины Викторовны. Договорились, что Бугров разошлет своих работников по городу и пригородах на поиски данного категории населения. Всех найденных или купленных сирот, свезут в табор переселенцев и передадут Курковой. Пока говорили о нижегородских делах попаданцев, в кабинет зашел другой приказчик Бугрова Макарий Козлобород, оправдывающий свою фамилию, тщедушный, даже по меркам 16 века, мужичок, с торчащей вперед бородкой, но, по последующей аттестации Бугорова, умный, хитрый, изворотливый торговец. Умеющий легко входит в доверия и ведший дела Бугрова в Казанском и Астраханском ханствах, соответственно имевший на Волжском торговом пути от Нижнего до Астрахани большое количество знакомых и деловых партнеров. Вот этому человеку Кузьма и поручил обеспечить снабжение проводимого каравана до самых верховий Самары. По первому знакомству, не смотря на не очень привлекательную внешность, и Черный и Золотой отметили толковость, краткость и информационность речи Макария. Не став задерживать Козлоборода, отпустили его, уведомив о выходи обоза с утра 6 февраля. После его уходя переговорили о весеннем караване судов, когда он отойдет их Нижнего, что повезет в своих трюмах, в каком количестве, хватает ли денег. Сразу добавили серебра. Напомнили, чтобы сманивал к ним в городок ремесленников и крестьян. Подыскивал людей согласных послужить им на воинской службе саблей. А по окончанию беседы, в сопровождении Бугрова проехали на места проживания полона и хранения товаров, для проведении инспекции на месте. Все, что говорил Кузьма соответствовало действительности, каких-либо серьезных претензий к нему предъявлять было не за что. Хотя если придираться то и можно. Его жена Мария взяла в дом около двух десятков своих земляков из Раквеле, о чем конфиденциально и стукнули Черному его личные четверо 'барабанов', привлеченные Мечеславом еще в Ливонии среди полона, для профилактики. Источники еще много чего понарассказывали о разговорах и настроениях среди вынужденных переселенца, о действиях администрации в лице Нила Тимофеева с женой и парой племянников. Но как не странно было Черному, больших злоупотреблений или не дай бог хищений со стороны Нила и его команды не было. Так за пиром и инспекцией и пробежал день у Черного и Золотого.