Любовь-морковь и третий лишний

Стряхнув с себя не очень радостные воспоминания, я поискала на калитке звонок, не найдя ничего на него похожего, решила постучать, но железная дверь мягко открылась. Похоже, в Изобильном живут крайне беспечные люди.

Я пересекла небольшой дворик, еще раз удивилась полнейшему отсутствию деревьев, поднялась на крыльцо, снова решила позвонить, но не обнаружила ни пупочки, ни клавиши, ни окошечка домофона, пихнула дверь, и опять поразилась: не заперто.

– Есть тут кто живой? – заорала я, стоя в крохотной прихожей.

– Здесь я, – прозвучало в ответ, – ступайте в гостиную.

Я повесила на крючок куртку, стащила сапожки и босиком пошла по идеально вымытому коридору мимо закрытых дверей в сторону помещения, из которого неслись звуки музыки.

Просторная двадцатиметровая комната была обставлена не слишком дорогой и далеко не новой мебелью. В «стенке» мерцал голубым экраном телевизор, перед ним в глубоком велюровом кресле сидела пожилая дама, на ее ногах, укрытых пледом, спал, свернувшись клубком, большой черный кот британской породы.

– Добрый день, – без всякого удивления сказала хозяйка.

– Здравствуйте, – кивнула я и, не удержавшись, добавила:

– У вас дверь не заперта и калитка тоже.

– Знаю, – кивнула дама, – это специально, мне тяжело быстро ходить, пока доковыляю до прихожей, люди уходят, думают, в доме никого нет.

– Сейчас опасно так жить!

– Право, ерунда, красть у меня нечего, – улыбнулась хозяйка.

Я вздохнула, с одной стороны, это верно, с другой – увы, есть люди, для которых и старенький телевизор хорошая добыча, такие на все готовы, лишь бы бутылку водки получить.

– Вы ко мне? – снова без всякой настороженности поинтересовалась дама.

– Слушаю вас внимательно.

– Каролина Карловна?

– Ой, – воскликнула я, – как хорошо, что вы!..

Окончание фразы замерло на языке.

– Что? – усмехнулась Каролина Карловна. – Отчего вы замолчали? Не конфузьтесь, я отлично понимаю недосказанное: хорошо, что вы живы.

– Вовсе нет! – покраснела я. – Я не то хотела сказать.., а.., а.., вы.., э…

– Полноте, – отмахнулась Каролина Карловна, – сама порой удивляюсь, все знакомые уже на том свете, одна я осталась! Два инсульта перенесла, инфаркт, а все скриплю. Право, странно. Вы из собеса? Или как он теперь там называется?

Я заулыбалась во весь рот.

– Нет, из издательства «Марко».

– Не слыхала о таком, – равнодушно обронила Каролина Карловна.

Если честно, я сама только что узнала от Варвары Михайловны название издательства, но Каролине Карловне об этом говорить не следует.

– Представьтесь, пожалуйста.

– Ох, извините, Евлампия Романова, можно просто Лампа.

– Продолжайте, – кивнула хозяйка, – вы, насколько я поняла, писатель?

– Ну..