Перекресток трех дорог

И он начал звонить по мобильному.

У Марии Павловой номер не отвечал. Она жила в Балашихе, судя по записанному адресу. Клавдий Мамонтов вспомнил, как обе женщины говорили, что работают теперь волонтерами в мобильном госпитале в Дарьине, а это как раз на полпути между Балашихой и Кириллово-Глинищевским монастырем на Пужаловой горе. Но ехать туда по пробкам прилично.

А телефон Нины Кавалеровой ответил. Гущин назвал себя и сказал, что у них к свидетельнице появились вопросы, и они хотели бы сейчас к ней подъехать. Кавалерова ответила, что у нее сейчас выходные в госпитале, но она в магазине продуктовом – будет дома примерно через час.

Нина Борисовна жила недалеко от Курского вокзала на Садовом кольце. И они отправились туда. Макар несколько раз оборачивался назад. Мамонтов спросил его: «Что, снова чувствуешь за нами хвост?» Макар ответил: «Нет, просто хочу быть уверенным». Мамонтов лишь плечами пожал – и у напарника тоже глюки, свой маленький личный психоз. По дороге остановились у кафе, Мамонтов с Макаром сходили и купили себе и полковнику кофе и сэндвичи. Причем Гущин есть снова упрямо отказывался. На этот раз Макар уговаривал его как ребенка, клятвенно обещав, что сам проследит, как «сэндвичи в кафе обеззаразят в микроволновке».

Ели в машине на парковке.

Дом Нины Кавалеровой – старый серый сталинский – смотрел окнами на Садовое кольцо. Они отыскали подъезд, набрали код, она им открыла – уже вернулась из магазина – и они на лифте поднялись на шестой этаж. Клавдию Мамонтову дом отчего-то напомнил знаменитый Булгаковский дом на Садовой у метро «Маяковская» – тот же стиль, такой же мрачный фасад, только кота черного на лестнице не хватает.

Нина Борисовна Кавалерова встретила их на пороге, вытирая пухлые руки полотенцем. Полковник Гущин замешкался. Мамонтов видел – он делает над собой титаническое усилие, чтобы зайти в квартиру свидетельницы. Странно, что он и ее не приказал вызвать на улицу, поднялся к ней сам.

Кавалерова глянула на него – в маске, в перчатках, правда, без козырька – и одобрительно закивала.

– Здравствуйте, конечно, береженого бог бережет, но вы можете здесь у меня маску снять. У меня все стерильно, как в больнице. Я очень за этим слежу – все протираю антисептиком постоянно, помещение регулярно проветриваю. Опрыскиваю полы санитайзером – видите, даже ковролин сняла из-за этого. А сама постоянно тесты сдаю. Показать вам справку, что у меня тест отрицательный?

Гущин засмущался – покачал головой, ну что вы, не надо. Она руками замахала.

– Я понимаю, я все понимаю.