Травница для орка (СИ)

— И если бы всё вернуть… ты бы снова пустил ту стрелу?

— Только в ту же сторону, — ответил он. — И молился бы, чтобы она снова нашла тебя.

Он протянул руку, погладил сына по голове — осторожно, с тем трепетом, что я так хорошо знала. А потом посмотрел на меня. Долго. Так, как смотрят не на прошлое, не на мечту — а на настоящее. На жизнь, которая сбылась.

К нашему крыльцу подошла знакомая фигура. Широкоплечая, с косами, заткнутыми за ухо, в жилете из шкуры и с фирменной ухмылкой.

— Гарра, — улыбнулась я. — Ты снова сбежала от сборов?

— Не сбежала, — фыркнула она, — вежливо уклонилась, как учит меня говорить твой отец. Вот решила проверить, как здесь ваша мелочь — не закричал ли уже на весь посёлок, как мама в ту самую ночь.

Я покраснела, а Ветер усмехнулся, качнув головой:

— Осторожно, Гарра. У моего сына слух, как у матери. Запомнит — потом припомню!

— Конечно припомнишь! И спасибо ещё скажешь! Ему лучше сразу знать, кто здесь настоящая легенда.

Ветер повернулся к ней медленно:

— Ещё слово — и на следующий сбор старейшин ты идёшь в платье с корсетом и с этой пышной эльфийской причёской.

— Какой жестокий у нас воевода! — заворковала она, забирая у меня из рук малыша. — Пойдём, сладкий, у мамы с папой заседание совета. Астра, бери на себя второго! — позвала она мою сестру и все они скрылись в нашем доме.

Мы остались вдвоём. Я встала, повернулась к Ветру. И прежде, чем он сказал хоть слово, я обняла его. Уткнулась в грудь, вдохнула запах его кожи.

За нашим домом взлетели птицы. Вдалеке заиграли флейты — уже не эльфийские и не орочьи, а новые. Наши. И в том звуке была вся история. Прощённая. Принятая. Переписанная.

А в небе, над деревней, ветер нёс облака.

И каждый знал: здесь, в этом месте, где когда-то пылала вражда, теперь живёт другая сила.

Любовь.

Любовь и мир.

И всё это — началось, как гласит легенда, с одной стрелы.

КОНЕЦ"