Товарищ "Чума" (СИ)

Я уже давно и четко осознавал, что в критических ситуациях моё восприятие неимоверно ускоряется, однако, остальной организм продолжает оставаться в том же потоке времени, а не разгоняется вместе с сознанием.

Я скосил глаза и с удивлением увидел, что правая рука каким-то неимоверным образом оказалась лежащей на рукояти ножа. Неужели я смог её опустить, находясь в «аварийном режиме»? Так я для себя называл это состояние.

Я сделал мощное усилие, сконцентрировавшись на пальцах и заставляя их сжаться на рукояти ножа. Если у меня выйдет, то мы еще повоюем!

Пальцы напряглись и дрогнули, как будто я пытался продавить жесткий эспандер, и медленно начали сгибаться. Я воевал за каждый миллиметр, за каждый согнутый сустав. И у меня получилось схватить нож обратным хватом! Еще усилие, до треска в сухожилиях — и я сумел выдернуть его из ножен! Дело пошло!

Бросив беглый взгляд на палец Костыля, продолжающий очень и очень медленно тянуть за спусковой крючок, я понял, что время у меня еще есть. Следующим этапом был шаг вперед. Если я сумею его сделать — у меня точно появится шанс на выживание.

«Давай, Чума! Давай! — мысленно подбадривал я самого себя. — Ты сможешь!»

Оторвать левую ногу от земли мне удалось с огромным трудом — на неё словно подвесили чугунные двухпудовые гири. Но я рвался вперед, не жалея себя. Рвал жилы в самом прямом смысле этого слова.

Загустевший воздух, либо само время, либо то и другое вместе взятые, отчаянно сопротивлялись. Но я проламывался сквозь них, словно бегемот, бегущий сквозь густые заросли. И уже ничего не могло меня остановить в этот момент. Я готов был сдохнуть от перенапряжения, но не сдаться.

И пространственно-временной континуум сдался первым, позволив мне продавить свою «позицию». Я показал всем, кто здесь царь горы! Двигаться стало не в пример легче и свободнее, хотя всё еще очень и очень тяжело. Я как будто пытался пробить собой кирпичную стену. И у меня получалось.

Оставался еще один рывок. Финальный. От полицая с пистолетом меня отделял всего лишь один шаг. Но его еще нужно было преодолеть. Долго раздумывать времени не было, так же, как и переживать: получится у меня что-нибудь, или нет? Поэтому я решил выжать из этого слабого тела всё, на что оно только способно.

Взмахнув рукой с зажатым ножом, я, разрывая само пространство и собственные жилы, крутанулся на пятке левой ноги, на мгновение оказавшись спиной к врагу. Но вложенных сил хватило, чтобы правая рука, описав полукруг и набрав хорошую инерцию, продавила сгустившийся «воздух», стремительно приблизившись к шее врага.

К моему изумлению отточенное широкое лезвие легко пробило шею полицаю, показав свой острый кончик с другой стороны. И всё это в абсолютной тишине — не единый звук не испортил застывшей картины мира.