Тот, кто назначен судьбой

Постелили скатерти, расставили тарелки, Степанида занялась составлением цветовых композиций для ваз, а Тимофей раскладывал приборы, когда вдруг обнаружил, что вилок не хватает, и тут же направился из беседки к дому.

– Ты куда? – озабоченно спросила Стеша.

– В кухню. Трех вилок недостает, – объяснил он и собрался было продолжить движение.

– Стой! – приказала резко Стешка и возмутилась: – Да ты что!

– Что? – не понял наезда Саргин.

– Да я даже на ногах пальцы перекрестила, чтобы у них все получилось, а ты в кухню собрался завалиться и помешать им! – возмущалась его непониманием Степанида.

– Э-э… – оторопел Саргин и ткнул пальцем по направлению к дому. – В смысле «они»…

– Надеюсь, что у них все сладится, – задумчиво протянула Стешка и, посмотрев на обалдевшего Саргина, вдруг задорно улыбнулась и предложила: – Пошли вдвоем, только тихо. Подслушаем, как там у них.

– В разведку? – усмехнулся Тимофей.

– Ну, ты же специалист, если я правильно догадываюсь, – приподняв бровки, заявила она и, не дожидаясь его ответа, обошла затормозившего мужчину и направилась к дому.

– Тихо! – прошептала она, когда Тимофей прошел следом за ней по коридору к кухне, и приложила палец к губам.

И в ту секунду, когда Саргин увидел, как ее пальчик сминает эти пухленькие губки, его как шибануло желанием, что он чуть не покачнулся. Тим совершенно очевидно осознал, что он обязательно с ней переспит. И постарается сделать это сегодня же!

И так же ясно он понял, что все это время после того, как увидел Степаниду там, у реки, в одном белом белье с пистолетом в руке, он хотел ее и знал, что добьется взаимности и обязательно будет заниматься с ней сексом. И вот уже третий день, каждый раз, глядя на Стешу, он видит мысленным взором ее обнаженной под любой одеждой – эти длинные красивые ножки, ее стройную фигурку и эту великолепную, сводящую его с ума грудь в виде половинок дыни-торпедки."

"Саргин видел и переласкал за свою жизнь такое количество женских грудей, что и не упомнит их число и разнообразие форм, но почему-то именно грудь Степаниды просто сводила его с ума! Натурально! Даже снилась пару раз!

Тимофей шагнул вперед, не сводя с нее взгляда, наклонился и поцеловал этот пальчик, все еще прижатый к губам.

И молниеносным движением притянул Стешку к себе одной рукой, вторую положив ей на затылок, остановился всего на секунду, чтобы заглянуть в эти темно-синие глаза, и поцеловал, теперь уже в губы, освобожденные от указующего пальчика.

А она сразу ответила на его поцелуй! Сразу! Словно тоже давным-давно ждала его! И поцелуй их оказался обжигающим, немного пьянящим, терпким и сладким одновременно, и они тонули в этом поцелуе, не желая спасаться.

В кухне что-то грохнуло, и они резко прервали свой поцелуй.