Всё о Ниро Вульфе. Том 3

Поскольку Эми Деново была ниже меня на восемь дюймов, то в пятницу утром я приволок из кухни в нишу раздвижную лестницу. В конце концов клиент, который платит двадцать тысяч, заслуживает того, чтобы подслушивать и подглядывать в человеческих условиях.

Эми пришла за девять, а Сол — за одну минуту до назначенного срока. Я отвел Эми в нишу, посадил на лестницу напротив отверстия, отодвинул филенку в сторону и убедился, что глаза девушки находятся как раз на нужном уровне.

— Учитывая узость ступеньки, на которой вы примостились, — заметил я, — я страшно рад, что на ней сидите вы, а не Ниро Вулф.

— А зачем это нужно? — спросила Эми.

— Это зрительная трибуна. Вам предстоит увидеть и услышать человека, который отправил все двести шестьдесят четыре чека вашей матушке. Сайрусу М. Джаррету аудиенция назначена на одиннадцать. Мы решили, что лучше вам услышать все из первых уст, а отсюда до красного кожаного кресла, в котором будет сидеть Джаррет, всего десять футов. Взгляните.

Эми наклонилась поближе к отверстию.

— А он не увидит меня?

— Нет. Со стороны кабинета видно только нарисованный водопад.

Девушка повернулась ко мне.

— Но почему… Что он собирается сказать?

— Вот мы и сами хотим это услышать. Мы рассчитываем, что помимо всего прочего он назовет и имя вашего отца. Это может…

В дверь позвонили. Я пошел открывать.

Кратко сказал Солу (а это оказался он), что он должен делать, я проводил его к нише и представил нашей клиентке, которая за две недели уже уплатила ему через меня почти тысячу долларов.

— Поскольку вы называете меня Арчи, — обратился я к Эми, — вам придется называть его Солом, чтобы он не обиделся. Он останется здесь с вами на тот случай, если вам вдруг покажется, что мы задаем Джаррету неправильные вопросы, и вы решите вмешаться. Джаррет не должен заподозрить, что кроме нас с Вулфом здесь есть еще кто-то. Снимите туфли и если вдруг почувствуете, что хотите чихнуть или кашлянуть, то постарайтесь почувствовать это заранее, с таким расчетом, чтобы успеть добежать до кухни. — Я взглянул на часы. — Он должен быть здесь через двадцать пять минут, но может приехать и раньше. Сол отведет вас на кухню и угостит кофе, а я пойду в кабинет глотать транквилизаторы, чтобы успокоиться.

— Что-то не похоже, чтобы вы волновались, — улыбнулась Эми.

— Значит, не буду глотать транквилизаторы, — великодушно согласился я и отчалил.

Вулф спустился из оранжереи ровно в одиннадцать, вставил свежесрезанные орхидеи и начал просматривать почту. Я сидел за своим столом, проверяя по гроссбуху последние расходы и поступления. Ничто не указывало на то, что нас ждет нечто особенное.

Дверной звонок задребезжал в четверть двенадцатого.